Никита Смирнов («Сеанс»)

Трактовать „Подбросы“ как комикс, невзирая на шаржированную действительность, мешает очевидная жанровая загвоздка. Способности супергероев всегда имеют деятельное проявление. Будь это сверхсила, телекинез или невидимость, они делают своего носителя способнее, но Денис не способнее остальных — в конце фильма он все тот же хрупкий мальчишка, невыразительный и никем пока не ставший, как и в начале. Его патология позволяет ему лишь влиться на чужих правилах в компанию жестоких, ничего кроме звериного гнева не чувствующих взрослых».

Стас Тыркин («Комсомольская правда»)

Даже если Твердовскому приснился этот криминальный сюжет, у него настолько окрепла рука, что он в состоянии убедить зрителя в сколь угодно невероятной истории. При том что до „Подбросов“ он три года работал над документальной картиной непосредственно о работе сотрудников ДПС, так что, наверное, кое-что о ней все-таки знает. Название фильма указывает не только на криминальную деятельность героини, но и на состояние общества, находящегося сейчас в интересном подброшенном состоянии. И, конечно, о незавидном положении „терпил“, с которыми сможет ассоциировать себя какое-то количество думающих зрителей».

Трейлер фильма «Подбросы»

Сергей Сычёв (kinopoisk)

Стилистически фильм очень близок к последним работам Звягинцева, и камера Дениса Аларкона временами как будто переходит в руки Михаилу Кричману, создавая на экране впечатление уверенно организованного совершенства. Здесь та же холодная отстранённость изображения, превращающая городские пейзажи в потустороннее инфернальное пространство. В открывающей сцене автомобиль едет навстречу камере по извилистой дороге, то заливая кадр холодным светом фар, то оставляя нас в темноте, где машину едва видно между чёрных силуэтов деревьев. Вселенная „Подбросов“ причудлива, фантасмагорична, условна, все её элементы ведут друг с другом жёсткий диалог о невыносимости бытия».

Максим Сухагузов («Афиша Daily»)

С другой стороны, это действительно не самый сильный его фильм из условной трилогии „российской аномалии“ — возможно, даже самый вымученный и слишком схематично все подытоживающий. Не зная прошлых работ и отношений данного автора с документальной повседневностью (Твердовский рос на документальном кино), конечно, покажется, что режиссёр свалился в абстракцию. Пожалуй, фильму не хватает радикализма, он все время как будто парит в воздушном пространстве, что великолепно подчёркивается оператором Денисом Аларконом Рамиресом, заслуженно получившего на „Кинотавре“ приз за лучшую операторскую работу. Например, так ловко поставлены одним планом судебные заседания, которые оказываются тщательно разыгранным действом преступной группировки. Учитывая, как в нашей стране театральные постановки вызывают суды, а суды превращается в театральные постановки, возможно, для российского автора сейчас это единственный адекватный способ отображения реальности — переход на язык фантасмагории и высших духовных инстанций».

Денис Катаев (GQ)

Как и в „Зоологии“, предыдущем фильме режиссёра, в „Подбросах“ Твердовский снова с мизантропическими нотками изображает не людей, а функции, которые давно потеряли что-то человеческое и просто внешне выглядят нормальными. Хотя внутри давно уже произошёл распад и генная мутация. Это больше похоже на фильм ужасов или фантасмагорию, чем на реалистичное высказывание о современном положении дел в нашем обществе. Но в этом и кроется режиссёрский самообман: в итоге не совсем понятно, какое все-таки кино хотел снять автор. То ли стерильное и искусственно выверенное повествование, антиутопию про некий ужасный мир, то ли прямолинейный политический памфлет с надписью „Россия“ на погонах. В кадре то ли Москва, то ли некий европейский город с очень кинематографичными барами и пустыми улицами, в судах — удивительная красота и порядок, как будто действие происходит в Америке, а интернат для мальчиков становится здесь практически Итоном, где прилизанные мальчики щеголяют в кроссовках New Balance».