Михаил Трофименков («Коммерсантъ»)

„Догмэн“ — не „человек-собака“, не „человек, ведущий себя по-собачьи“ или „обреченный на собачью жизнь“, а все вместе. Не то чтобы Марчелло предпочитает человеческому обществу собачье: отец-одиночка боготворит свою маленькую дочку и все деньги, заработанные праведно или неправедно, тратит на поездки с ней на Мальдивы или Красное море. Но сцены их глубоководных погружений настолько контрастируют с повседневностью, на которую Марчелло обречён, что кажутся грёзами, если не галлюцинациями героя. Невольно задашься вопросом: а была ли девочка?».

Андрей Плахов («Коммерсантъ»)

„Догмэн“ — кино жёсткое, кровавое, токсичное, напоминающее загон для бешеных псов. И в то же время оно несёт в себе веру в благородство, живущее в простом человеке, — идея, близкая мифологии неореализма. Собачий нрав и характер даже в людской шкуре проявляются как в безоглядной преданности, так и в благородном гневе. Потому для главного героя собаки составляют не только антураж повседневного существования, но и его истинную любовь. Стал бы он иначе рисковать жизнью, чтобы вытащить из холодильной камеры засунутую туда отморозком кроху чихуа-хуа».

Трейлер фильма «Догмэн»

Антон Долин («Медуза»)

„Догмэн“ — история повседневного безумия, постепенно набирающего обороты. Формально реалистический фильм помещён в тщательно сконструированную вселенную урбанистического ада. Несколькими штрихами, на территории меньше квадратного километра, Гарроне выстраивает модель мира настолько скупую и исчерпывающе безнадёжную, что щемит сердце. Даже море, на берегу которого этот мир располагается, не намекает на возможность бегства куда-то в сторону горизонта. Ведь чтобы убежать, необходимы деньги, которых вечно не хватает даже на простейшие нужды».


Зинаида Пронченко («Сеанс»)

Классическая тема о бунте маленького человека в притчевом изводе Гарроне, наверное, грешит излишней „складностью“, да и серьёзный тон ему не к лицу, сюда бы чуть больше чёрного юмора, как, допустим в недавнем Chien Самюэля Беншетри. Но разговаривая просто, громко и чуть ли не лозунгами, Гарроне все же не фальшивит. Мужественно констатирует, что времена хороших и плохих давно закончились. Остались только злые. Зло побеждает зло, и свой триумф нарекает справедливостью. В жизни простота безусловно хуже воровства, в искусстве, наоборот, бесценная редкость — и „Догмэн“ как раз тот самый случай».

Наталия Григорьева («Независимая газета»)

Сюжет „Догмэна“ — как доказательство правоты сразу нескольких афоризмов и народных мудростей, от „не делай добра — не получишь зла“ до „с волками жить — по-волчьи выть“ и „чем больше узнаю людей, тем больше люблю собак“. Не молчаливые, но безмолвные наблюдатели, они демонстрируют ту преданность, на которую оказываются не способны люди. Этот контраст бросается в глаза не меньше противоречивого существования мечтательного Марчелло, который занимается дайвингом и обещает однажды отвезти дочку на Красное море. Слишком уж долго продержался он, до последнего хватаясь за давно потерявшие какую-либо ценность принципы, в этой враждебной среде. Где мафии, в отличие от мира „Гоморры“, вроде бы не существует, но дух организованной преступности, проявляющей себя и физически, и морально, витает в воздухе, а творящееся вокруг не менее страшно. И чем дольше старается герой не поддаваться, тем более резким и чудовищным будет его падение в бездну».