«Доктор Стрейнджлав, или Как я научился не волноваться и полюбил атомную бомбу»


Если в 50-е Стэнли Кубрик был просто одним из успешных американских режиссёров, то начиная с 60-х, он – полноценный режиссёр-автор, признанный гений, каждый его фильм ценится на вес золота. «Доктор Стрейнджлав», вышедший в 1964 году, - жутковатая комедия о том, как легко может начаться атомная война. Дело не в том, что всегда найдутся фанатики вроде Стрейнджлава, которые готовы стереть человечество с лица Земли. Дело – в простодушных разгильдяях на ключевых местах, потому что если в важнейшей цепи есть слабые звенья, именно они станут истинными причинами трагедии. Но фильм Кубрика ценят не столько за публицистический пафос, сколько за безупречное чувство стиля и создание неповторимой кинематографической реальности в масштабах каждого конкретного фильма. Абсурдный мир «Доктора Стрейнджлава» - это реакция художника на ядерную истерию «холодной войны», жёсткая и саркастичная.

Трейлер фильма «Доктор Стрейнджлав, или Как я научился не волноваться и полюбил атомную бомбу»

«Мэри Поппинс»


Сплав фирменной диснеевской анимации и киномюзикла породил один из прекраснейших образцов музыкальной сказки в истории. Уолт Дисней, правда, изначально видел этот фильм целиком анимационным, но автор произведений о Мэри Поппинс Памела Трэверс была категорически против этого. История создания этого фильма в несколько изменённом и смягчённом виде легла в основу картины «Спасти мистера Бэнкса», но даже если не знать всей подноготной, приходится признать, что Джули Эндрюс – идеальная Мэри Поппинс, а саундтрек этой картины, пожалуй, относится к лучшим в истории кино.

Трейлер фильма «Мэри Поппинс»

«За пригоршню долларов»


После этого фильма в мировые кинословари вошло понятие «спагетти-вестерн» - новое направление, полностью изменившее представления публики о старейшем жанре в игровом кино. Пока американцы бились за реализм, делая вестерны всё более реалистичными и психологичными, итальянцы пошли в сторону эпоса, стиля, эстетики, притчевости. Не случайно «За пригоршню долларов» - легко распознаваемый ремейк японского шедевра Акиры Куросавы «Телохранитель»: схематичный и очень простой сюжет наполнен многозначительными длиннотами, а герои наделены невероятными способностями попадать на любом расстоянии в цель без особых усилий. Сыгравший главную роль Клинт Иствуд мгновенно стал суперзвездой и символом героя вестерна вообще, в современном сознании он, а не Джон Уэйн, занимает это почётное место.

Клинт Иствуд в фильме «За пригоршню долларов»


«Эмпайр», «Сон»


Плодовитый художник Энди Уорхол за время своего увлечения кинематографом выпустил множество фильмов. Только в 1964 году он снял почти два десятка картин разной продолжительности. Среди них самые известные его работы – «Эмпайр» и «Сон». Первый фильм снят из окна небоскрёба Time Life Building и в течение 8 часов экранного времени показывает верхнюю часть здания Empire State Building. Движения на экране практически никакого, иногда в окне можно увидеть отражение самого Уорхола, да ещё однажды в кадр попадает пролетающий мимо самолёт. Спускаются сумерки, наступает ночь, потом фильм заканчивается. «Сон» длится чуть меньше, чуть больше пяти часов. В кадре спит любовник Энди Уорхола Джон Джиорно, больше на экране ничего не происходит. Эксперимент Уорхола связан, конечно, с временем и его преображением в кино. Об этих двух картинах написано множество книг и статей, хотя не так много людей посмотрело их полностью.

Кадр из фильма «Эмпайр»


«7 лет»


Один из грандиознейших телевизионных проектов в истории берёт своё начало в 1964 году в Великобритании. Его авторы собрали 14 семилетних англичан, принадлежащих к разным социальным группам, и попросили их высказаться о своей жизни, об отношении к происходящим в стране событиям, о планах на будущее. Через детские реплики внимательный зритель мог считать мировоззрение родителей этих ребят – то есть, поскольку подборка была широкая, понять, как живёт и мыслит всё общество. Интерес к показанному в эфире британского телевидения сорокаминутному фильму оказался настолько высоким, что один из его создателей, Майкл Эптед, решил каждые семь лет «возвращаться» к своим героям и продолжать говорить с ними о жизни, чтобы отслеживать процессы, происходящие в первом постколониальном поколении. Спустя годы, Эптед стал ездить по миру и создавать в разных странах проекты, устроенные по тому же принципу: документальные сериалы с семилетним интервалом между фильмами. Во время Перестройки такой проект появился и у нас, он был поручен документалисту Сергею Мирошниченко и назывался «Рождённые в СССР». Сегодня герои этой серии перешли 30-летний порог. А Эптед, хотя и давно живёт в США, возглавляя Гильдию режиссёров Америки и снимая блокбастеры про Бонда и Нарнию, регулярно возвращается в Англию, чтобы работать над фильмом с полувековой историей. Последняя на данный момент серия показывает героев в возрасте 56 лет, и миллионы зрителей во всём мире по-прежнему ждут новой встречи с людьми, о жизни которых они знают необычайно много.

Кадр из фильма «7 лет»


«The Beatles: Вечер трудного дня»


Если фильм Эптеда поначалу смотрели только жители Британии, то другую английскую документальную картину, по понятным причинам, с восторгом встретил весь мир. Это музыкальная комедия с участием членов группы The Beatles, которые играют самих себя (вернее, играют в самих себя как их видят фанаты), попадающих во всевозможные забавные ситуации. Первый полнометражный хит группы, которая и потом не раз удивляла кинозрителей. Оглушительный успех в прокате и восторженный приём критиков мгновенно возвели этот фильм в статус культового, в котором он с тех пор и остаётся, занимая высокие места в престижных рейтингах.

Трейлер фильма «The Beatles: Вечер трудного дня»

«Шербурские зонтики»


Этот фильм язык не поворачивается назвать мюзиклом, настолько тесно здесь сосуществуют языки кинематографа и музыки. Редчайший случай, когда фильм, получивший «Золотую пальмовую ветвь», становится любимым у многих поколений зрителей и сразу становится классикой, идеальной историей о романтической и трагической любви. Под неподражаемую музыку Мишеля Леграна взошла звезда Катрин Дорлеак, которая более известна под псевдонимом Катрин Денёв. Мелодии из этого фильма и сегодня входят в число популярнейших в мире, а Денёв сейчас воспринимается как живой символ французского кино. Хотя эту роль она, никому не известная актриса, получила случайно, ей пришлось для этого сильно похудеть и играть беременной, о чём Денёв, конечно, никогда не жалела.

Катрин Денёв и Нино Кастельнуово в фильме «Шербурские зонтики»


«Банда аутсайдеров» («Посторонние», «Отдельная банда»)


Один из самых простых фильмов Жан-Люка Годара давно разошёлся на цитаты, и сегодня о нём вспоминают, когда герои «Мечтателей» так же бегут через Лувр или когда группа Nouvelle vague делает видеоклип на большой фрагмент этой картины. Но больше всего людей узнают сегодня об этой работе Годара, начиная смотреть любой фильм Квентина Тарантино, который демонстративно назвал свою студию A Band Apart. Связь двух режиссёров налицо: криминальный сюжет, внимание к диалогам, эксперименты с экранным временем, постмодернистское цитирование как основа драматургии и т.п. Хотя Годар позволял себе куда больше кинохулиганства и иронии, в том числе и в данной истории о любовном треугольнике на фоне дерзкого плана ограбления.

Сцена танца из фильма «Банда аутсайдеров»


«Евангелие от Матфея»


Коммунист, атеист и гомосексуалист Пазолини, экранизирующий Новый Завет, - скандал даже по нынешним временам был бы огромный, а в середине 60-х и подавно. Но Ватикан принял фильм с восторгом, вручив ему приз на Венецианском кинофестивале, и скандал уступил место восторгу перед этим художественным произведением. «Евангелие от Матфея» - возможно, лучшая постановка по евангельским сюжетам в истории кино, к тому же созданная почти по канонам уже лет десять как отжившего своё неореализма. Непрофессиональные актёры, натурные съёмки и – подчёркнутая аскетичность повествования, как если бы мы перенеслись на два тысячелетия назад и увидели бы весь изложенный святым Матфеем сюжет глазами обычного иудея. Чудеса в фильме есть, но поданы они намеренно сниженно, даже несколько вульгарно, что отражено и в саундтреке, где Баха и Моцарта временами сменяют блюзовые мотивы. Как и для многих коммунистов, для Пазолини образ Христа – символ свободы и борьбы, который имеет больше отношения к классовому движению, чем к религии. Но верующие всего мира вряд ли думают об этом, когда пересматривают «Евангелие от Матфея», чаще всего ничего не зная о других работах Пазолини.

Энрике Ирасоки в фильме «Евангелие от Матфея»


«Женщина в песках»


Из четырёх фильмов, которые режиссёр Хироси Тэсигахара и писатель Кобо Абэ сделали вместе, «Женщина в песках» - наиболее известный и яркий. Трудно поверить, читая книгу, что можно перенести на экран эту камерную философскую притчу, где женщина затягивает мужчину в песчаную воронку и ему остаётся только смириться с этим. Роман и фильм с огромным успехом вышли на Западе. Картина получила приз в Каннах, а Тэсигахара даже номинировался на «Оскар» за режиссуру, проиграв статуэтку более конвенциональному и понятному американцам Роберту Уайзу с его «Звуками музыки» (в главной роли - упомянутая выше Джули Эндрюс). Но «Звуки музыки» сегодня мало пересматривают, а вот «Женщина в песках» и сейчас выглядит очень современно и даже авангардно, и этот песчаный эротизм на плёнке кажется совершенно неповторимым.

Кадр из фильма «Женщина в песках»


«Гамлет»


Среди многочисленных экранизаций «Гамлета» вариант Григория Козинцева считается одним из лучших – практически эталоном. Иннокентий Смоктуновский в одночасье превратился в звезду мирового масштаба, его Гамлет – нервный, жёлчный красавец, для которого даже онтологические вопросы имеют меньшее значение, чем его личная тоска в прогнившем Датском королевстве. Смоктуновский хорошо знал, что такое быть преданным, что такое быть чужаком в своём Отечестве, что такое смерть, что такое воля и мышление, которые только и помогают индивиду справиться с роковыми трудностями. Своё недоверие, сомнение, злость он перенёс на экран под личиной молодого принца. И мир рукоплескал.

Иннокентий Смоктуновский в фильме «Гамлет»


«Я, Куба»


Монументальный, эпический фильм о Кубе Михаил Калатозов снимал с Сергеем Урусевским в ещё более изощрённой форме, чем картину «Летят журавли», принёсшую нашему кино единственную «Золотую пальмовую ветвь» в истории. Борьба кубинцев за независимость превратилась в поэтическое высказывание длиной в два с половиной часа. Но судьба фильма была трагической: на Кубе его встретили холодно, и в СССР он фактически лёг на «полку», будучи объявлен формалистским и чуждым социалистическому реализму. Фильм пролежал там до тех пор, пока в 90-е его не увидел Мартин Скорсезе. Американский классик был так поражён этой картиной (и равнодушием к её судьбе на родине), что лично занялся реставрацией и выпуском «Я, Куба» в США. Изданная им версия фильма получила заслуженные лавры во всём мире и сегодня безоговорочно признана шедевром кинематографа.

Фрагмент фильма «Я, Куба»

«Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещён»


Дебютная работа Элема Климова по сценарию диссидентов поневоле Семёна Лунгина и Ильи Нусинова сама напрашивалась на статус «полочной». Под шутливым рассказом об отдыхе пионеров на море легко просматривалась сатира на советское общество, сплошной «лагерь», где проявления индивидуальности и свободы караются строжайшим образом, а бюрократия и лизоблюдство получают все возможные лавры. Кроме того, в фильме содержались слишком явные намёки на политику генерального секретаря. Говорят, Хрущёв лично заинтересовался фильмом с длинным названием, когда узнал, что фильм не собираются выпускать в прокат. Он много смеялся во время просмотра и приказал выпустить фильм, так как не нашёл в нём ничего предосудительного. Только в СССР «Добро пожаловать» посмотрели более 13 млн кинозрителей.

Трейлер фильма «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещён»

«Мне двадцать лет» («Застава Ильича»)


Законченный Марленом Хуциевым ещё в 1961 году фильм «Застава Ильича» несколько лет пролежал на полке и только в 1964 году был принят к прокату в сокращённом и перемонтированном виде с названием «Мне двадцать лет», в советский прокат он вышел в январе 1965 года. Правки не помешали фильму стать хитом: его посмотрели почти 9 млн зрителей, его наградили в Венеции, его восторженно принимали во всём мире. В Перестройку оригинальная версия фильма «Застава Ильича» смогла попасть к зрителю, и замысел Хуциева стал ещё понятнее. Это фильм о духе времени, о том, как сплотились рабочие, интеллигенты, поэты, режиссёры и вообще все чувствующие и думающие люди в едином порыве – ожидании больших и великих перемен в своей суровой жизни. Когда сегодня говорят о шестидесятых и шестидесятниках, то можно сказать, что говорящие имеют в виду именно этот фильм и то, что в нём показано. А сцены в Политехническом музее с участием Окуджавы, Вознесенского, Евтушенко и Ахмадулиной – одни из самых цитируемых среди отечественных фильмов.

Валентин Попов и Марианна Вертинская в фильме «Мне двадцать лет» («Застава Ильича»)


«Тени забытых предков»


Вышел фильм «Тени забытых предков» - и вдруг вся планета Земля чуть-чуть сдвинулась с орбиты, уступая место другой планете с именем Сергей Параджанов. Оказалось, что в СССР тихонько живёт гений, творящий кино, которое не знает себе равных. Это основанная на украинском фольклоре повесть о несчастной любви Ивана и Марички, которых разлучила смерть. Сегодня такой фильм в России считался бы артхаусом. В СССР у него было 8,5 млн зрителей – в два с лишним раза больше, чем у блокбастера «Звёздные войны: Пробуждение Силы». Но, конечно, не количеством измеряется талант Параджанова и даже не тем, сколько величайших режиссёров мира называли его среди своих кумиров. Он измеряется проще: достаточно начать смотреть его картину, и она, как мистический портал, перенесёт вас в красочный мир гуцулов, другое измерение, где любовь и смерть танцуют страстный танец невиданного накала.

Кадр из фильма «Тени забытых предков»


«Катюша»


Всё советское документальное кино делится на периоды до и после «Катюши» режиссёра Виктора Лисаковича и писателя Сергея Смирнова. Многие десятилетия оно оставалось оружием пропаганды, говорящим публицистическим языком и лишь иногда позволяющим себе поэтические образы – со страхом повторить судьбы Дзиги Вертова и его единомышленников. Лисакович же вернул документальное кино собственно кинематографу, посадив Екатерину Дёмину, ветерана войны, в кинозале, включив ей фронтовую кинохронику и записав её реакцию на скрытую камеру. И миллионы кинозрителей вдруг увидели на экранах плачущую женщину, показывающую на экран и рассказывающую о своих фронтовых друзьях и о том, что потом стали называть подвигом, а во время войны это было самым обычным делом. Раскрывшись таким образом, Катюша Дёмина продолжает своё путешествие в прошлое: авторы фильма «переносят» её в места, где она воевала, и ей уже не нужно хроники, потому что она вернулась в прошлое и существует в этом измерении как живой свидетель событий, происходящих во время войны. После этого фильма уже нельзя было показывать в документальном кино людей в «масках» и проговаривать за них всё важное мудрым закадровым голосом. Началась эпоха великой советской документалистики, которую и сегодня высоко ценят на всех континентах и во всех странах, кроме, может быть, России.

Екатерина Дёмина в фильме «Катюша»