Ярослав Забалуев: «Неожиданный фильм для русского кинематографа»

В этом фильме есть фантастический и очень страшный кульминационный блок сцен в открытом космосе, есть выдающиеся актёрские работы и похвальная точность деталей. Это вообще неожиданно для русского кинопрома складное и по-настоящему захватывающее кино, забирающее внимание не актуальностью проблематики, а самим способом своего существования на экране. Но главное — это едва ли не первый за долгие годы фильм, наследующий романтической традиции позднесоветского кино с его красивыми и достоверно положительными героями, нешуточными тяготами и искренней верой в будущее. Во всяком случае, звучащая на финальных титрах песня «Этот большой мир» из «Москвы – Кассиопеи» не выглядит ни китчем, ни фальшивкой, а это уже дорогого стоит. Спит Земля, пусть отдохнет, пусть».

«Время первых». Тизер «Земля»

Андрей Архангельский: «Космонавты - нечто живое в противовес бездушию и скрежету шарниров госмашины»

Конфликт между человеком и государством тут не скрыть. Государство всегда готово пожертвовать человеком ради идеи; сам его алгоритм построен на этой готовности — начиная с предполётного аврала и заканчивая инструкцией, которая гласила, что в случае непредвиденной ситуации с человеком в открытом космосе предполагалось буквально "захлопнуть дверь" и продолжить полёт без него. Диктор Левитан (факт исторический) записывает накануне приземления космонавтов два разных варианта сообщения: "космонавты чувствуют себя хорошо" и "...что привело к гибели экипажа". В это время только что приземлившийся космонавт Леонов стоит на краю обрыва, в тайге — вокруг на сто километров ни души — и кричит, обращаясь к небесам: "Мы тут! Мы живы! Я живой!" (его никто не слышит и ещё двое суток не услышит).

Это самая сильная сцена фильма (заметим — не в космосе, а на земле) — это, так сказать, Прометей бросает вызов богам, в данном случае всей госмашине (про её нелепость космонавты шутят ещё во время полета, между собой). Не то чтобы даже вызов, но выходит так, что космонавты представляют собой нечто живое в противовес бездушию и скрежету шарниров этой самой машины. И в данном случае человеческое все-таки побеждает».

«Время первых». Тизер «Космос»

Анастасия Рогова: «Фильм о времени, когда реальность была удивительнее фантастики»

Декорации и графика в картине на должном уровне и выглядят современно, но самое главное, пожалуй, — это скрытый посыл фильма. Понятно, что Беляев и Леонов рисковали жизнями, что «Восход-2» был толком не обкатан и все эти внештатные ситуации — яркая иллюстрация знаменитого русского «авось как-нибудь справимся». Но, глядя на экран, чувствуешь, насколько этот полёт был важен для самих космонавтов, для тех, кто ждал их на Земле, для миллионов советских людей...

А сегодня кто из нас знает имена экипажей орбитальных станций и кого впечатляет их ежедневный подвиг? Фантастические фильмы о чудовищах с иных планет подменили в массовом сознании реальное покорение космоса. Возможно, грядущая экспедиция на Марс снова подарит кинематографу героев, а пока остается вспоминать славное прошлое: в сентябре нас ждёт ещё один российский фильм, основанный на реальных событиях, связанных с полётом орбитальной станции «Салют-7»».

«Время первых». Интервью с Алексеем Леоновым

Борис Иванов: «Почти голливудский фильм с русскими героями»

Студия Bazelevs давно приучила нас к первоклассным эффектам, и «Время первых» традицию не прервало. Старт и посадка космического корабля, выход в открытый космос, парение в невесомости – всё это показано по высшему разряду. Хотя главное во «Времени» – это персонажи, и фильм бы состоялся, даже если бы не был визуально убедительным. Но, конечно, современный блокбастер без впечатляющей картинки – это деньги на ветер. Так что хорошо, что эффекты «Времени» практически голливудские, а герои при этом – наши, родные».

«Время первых». Ролик о съёмках фильма

Егор Москвитин: «То ли ещё не наступило, то ли уже прошло»

Третий акт ленты — в котором герои оказываются один на один с тайгой в 200 километрах от Перми — мог бы стать идеальным полем битвы между русским человеком и его суровой, холодной судьбой, по аналогии с финальной сценой фильма «Хрусталев, машину!». Или снежным ответом «Солярису» с его зелёной травой у дома. Но фильм предпочитает состязаться не с советской классикой, а с ещё одним фильмом оператора Эммануэля Любецки — «Выжившим». И делает это хорошо, зачем-то, правда, сокращая время, проведённое героями в тайге. Но это все равно сильный финал — и если следующая за ним официальная хроника и песня из «Москвы-Кассиопеи» не вызовут у зрителя слезы, то дело в зрителе, а не в фильме».

«Время первых». Хроника

Сергей Сычёв: «Сложно снять игровое кино о космосе»

И всё же самыми эффектными тут остаются два кусочка хроники, один – из записей в космосе, другой – снятый после возвращения, с настоящими Леоновым и Беляевым. Может, поэтому самым эффектным, самым ярким фильмом о полёте в космос остаётся непревзойдённый «Для всего человечества», снятый во время реального полёта НАСА. Трудно снимать о космосе игровое кино, если речь идёт о реальных событиях, потрясших человечество. И игровое кино склоняется перед хроникой, которая вдруг становится самой выразительной и точной, пусть даже не всегда видны лица, жесты и детали. Момент, когда настоящий Леонов появляется во «Времени первых», стоит всего фильма, и если идти в кинотеатр, то для того, чтобы увидеть нашего космонавта на большом экране».

«Время первых». Предстартовый трейлер