Александр Сокуров считает, что Гёте был великим учёным


Иван Кудрявцев
Во время своего выступления на фестивале вы несколько раз сорвали аплодисменты. И не секрет, что председатель жюри Даррен Аронофски был в восторге от вашей картины. Объясните, пожалуйста, что вы имели в виду, когда говорили, что использовали систему цветов, позаимствованную у Гёте?

Александр Сокуров
В коротком интервью, конечно, трудно обо всём рассказать. У Гёте есть теория, подробное исследование цвета и света, где он описывает, как изменяется цвет под воздействием света, под тем или иным его направлением. Гёте был уникальным человеком, и как Леонардо да Винчи, объединял в себе учёного, философа и художника. Удивительно чётко писал он о цвете и свете - ни у кого я не встречал таких точных и зрелых рассуждений.

Иван Кудрявцев
Когда мастер приступает к созданию произведения, он, наверняка, задаётся вопросом, чем оно будет отличаться от других и что в нём будет такого, чего нет ни у кого?


У Сокурова не было цели создать то, что ещё никто не сумел


Александр Сокуров
Я никогда не думал об этом, снимая фильмы. Я знаю, как трудно даётся режиссёру сделать картину такой, какой он хочет. Это невозможно. Я не могу позволить себе работать в тех же условиях, как, например, композитор или писатель. В отличие от них, у меня нет так много времени. Я не могу переделывать и переписывать историю столько, сколько она того требует, не могу уединиться, если мне мешают. Быть совершенно независимым тоже не могу, замаскировать замысел - тоже. Мне нужно прорабатывать всё до самых мелочей, имея при этом много рамок.

Кино – это во многом электрическая, энергетическая, социальная и, в общем, абсурдная работа. Кинематограф полон неуважения, мелких интересов, торопливости, каких-то национальных коллизий. Поэтому наши режиссёры избрали свой путь спасения – они приглашают участвовать в фильмах известных российских или голливудских актёров, прячутся за профессионально снятой картинкой, чтобы прикрыть своё бессилие - недостаточность художественного замысла. Но любой замысел терпит крах, если нет художественности. Это, конечно, не выход, а тупик.

Иван Кудрявцев
Когда вы искали визуальное решение для «Фауста», что нового вы привнесли?

В «Фаусте» Сокуров применил экспериментальные свето-цветовые технологии


Александр Сокуров
Мы создали совершенно новую оптику, которой нет нигде в мире, новые способы подачи света, которые никто не использует. Разработали уникальную программу работы со светом - составили целую световую карту, что-то наподобие музыкальной. И вели серьёзные поиски, я бы так выразился, цветовой национальной эмоции, опираясь на исследования Гёте. Мы старались добиться визуального отображения цветовой температуры немецкого характера. Искали те оттенки цвета и света, через которые немцы видят мир.

В первую очередь, нашей задачей было создать идеальный негатив. Гениальный оператор Брюно Дельбоннель, работавший над фильмом «Амели», действительно исполнил мою мечту. Он создал потрясающий, в техническом и художественном смысле, негатив, заложив в него всю градацию цветовых возможностей. Я получил этот негатив и уже мог делать с изображением всё, что угодно: менять или подменять колорит, убирать, наполнять, проявлять и переворачивать цвет, используя при этом специально созданную для этой картины оптику.

Иван Кудрявцев
У вас в руках «Золотой лев». Он хоть и маленький, зато крылатый. Что бы вам хотелось, чтобы он изменил в этом мире - мире, где вы живёте и творите?

Александр Сокуров
Если говорить по существу, мне бы очень хотелось, чтобы он помог спасти «Ленфильм», чтобы нам удалось создать ещё один альтернативный творческий коллектив. Ведь тогда многие режиссёры, и молодые в том числе, получат возможность по-настоящему реализоваться. Потому русский кинематограф сегодня - это «Мосфильм» и всемирные киностудии. Где уральская, сибирская, свердловская киностудии? Нет ни одной студии на Кавказе. У нас огромная страна, десять часовых поясов - и пусто! Я хоть и наивный человек, но верю в то, что мои надежды исполнятся.