◦◦ Шамсутдинов Кирилл (Редакция Фильм Про)
02 February 2015
Анатолий Сагалевич: «Кэмерон — не профи-подводник, но цели достиг»
Друг голливудского режиссёра, российский героё-исследователь комментирует фильм «Вызов бездне»
На российские экраны вышел фильм Джеймса Кэмерона «Вызов бездне» — научно-популярная картина о том, как он погружался на дно Марианской впадины на сконструированном по его заказу аппарате Дипси Челленджер. Погружение состоялось в 2012 году с корабля обеспечения «Сапфировая русалка». 25 марта обитаемая сфера аппарата со знаменитым голливудским режиссёром и продюсером на борту достигла дна впадины Челленджер, самого глубокого места Мирового океана (11 034м). Сайт «Фильм про» встретился с другом и учителем Джеймса Кэмерона, Анатолием Сагалевичем, Героем России, доктором технических наук, завлабораторией Института океанологии им. П.П. Ширшова РАН, совершившим более 400 глубоководных погружений. Сагалевич участвовал в съёмках нескольких картин Кэмерона, в том числе, «Титаника», а миссию Дипси Челленджера консультировал. Мы обсудили с Анатолием Михайловичем некоторые особенности и проекта Кэмерона, и его фильма.

Надо иметь в виду, что Джим Кэмерон, конечно, не профессионал-подводник. Это кинопродюсер в первую очередь, хоть он и прошёл довольно большую школу на наших аппаратах «Мир». Мы с ним сняли четыре фильма: «Титаник», «Бисмарк», «Пришельцы глубин» и «Призраки бездны». Кроме этого мы с ним делали прямую передачу с Титаника с глубины 3800 метров. Так что к моменту погружения на Дипси Челленджере у него был накоплен известный опыт глубоководных погружений, но, повторюсь, он не является профессионалом.
Всё началось в 2005 году, когда мы с ним обсуждали его планы. Я его уговаривал сделать аппарат на двоих — два человека это гораздо проще, к тому же, когда пилот один, он сосредотачивается, главным образом, на безопасности, и лишь малая толика остаётся для каких-то научных наблюдений. Так как он не профессионал-учёный, я не сказал бы, что его погружение оказалось очень эффективным. Но главная цель Кэмерона была в том, чтобы достичь максимальной глубины океана на аппарате нового типа по сравнению с батискафами.
В этот раз у Кэмерона было особое задание, к тому же он погружался один, поэтому неудивительно, что он испытывал мандраж, нервничал.
Первое погружение на дно впадины Челленджер было сделано в 1961 году в громоздком батискафе, оно было очень коротким, там было два человека. Сейчас пришла эра новых аппаратов, и Джим был первым, кто погрузился на эту глубину на таком аппарате, который был сделан на базе твёрдого плавучего материала — синтактика.
Трейлер фильма «Вызов бездне»
Я прилетел на остров Гуам, как только получил его письмо. В письме он написал, что я ему нужен. Не знаю, насколько я был ему нужен. Возможно, в первую очередь, ему была нужна моя поддержка. Потому что из 51 мы с ним вместе сделали 42 погружения. Я участвовал в их собраниях и он все время ссылался на опыт, полученный во время экспедиции на «Академике Мстиславе Келдыше».
Команде корабля обеспечения, «Сапфировой русалки», он меня представлял как своего ментора, инструктора.
Обычно пилота инструктирует группа учёных-океанологов на борту. В этот раз учёных на «Русалке» не было, к тому же было очень мало времени. Потом, аппарат был спущен в центр впадины Челленджер, до склона, а самое интересное — как раз на склоне. Тот километр, который Кэмерон прошёл один, он прошёл по осадку. Практически ничего нового он там не увидел. Не вышел ни на какие обнажения (породы - прим. ) или что-то подобное. А потом нехватка времени и заставила его подняться наверх. Однако цель была достигнута. Он достиг дна Марианской впадины.
Романтика — это, конечно, хорошо. Я, например, в 1960 году, когда погружались Жак Пикар и Дон Уолш в Марианскую впадину и достигли дна, думал, что это сверхчеловеки, какие-то небожители. И захотел — вот было бы здорово стать такими, как они! Потом, гораздо позднее, я с ними встретился — оказалось, обычные люди, ничего особенного они из себя не представляют.
Так что, говоря о поколениях — здесь всё зависит от каждого человека, но такие необычные вещи должны привлекать молодых людей и сподвигать их на какие-то интересные предприятия. Это же гидрокосмос. На Луне было на сегодняшний день 13 человек. А на дне Марианской впадины — всего трое, хоть она и ближе, она, конечно, изучена очень мало. А подобных впадин и желобов на планете около пятидесяти. Там есть, на что посмотреть, и где нервишки пощекотать.