В начале встречи Андрей Сергеевич сказал, что для него все зрители делятся на тех, кто есть попкорн во время просмотра, и тех, кто его не ест. «Мы с Юлей делаем кино для тех, кто попкорн на сеансах не ест. И мы добьёмся того, чтобы на показы нашего фильма попкорн не продавался». Есть очень небольшая доля зрителей, добавил он, на которых произведение искусства может оказать реальное воздействие. Они могут вернуться в детство. Это когда зритель верит в то, что показывают на экране. Он плачет и смеётся, как маленький ребёнок. Если фильм понравился, то он понравился не голове, а сердцу.

Трейлер фильма «Рай»

Говоря о трудностях копродукции, Андрей Сергеевич отметил, что российская часть команды – это люди, которые никогда не смотрят на часы. Они работают со страстью, они не думают о том, что можно снимать шесть или четырнадцать часов вместо двенадцати. Если съемка заканчивалась раньше, немцы не уходили домой, потому что их время было оплачено. На площадке с немцами говорили по-английски, а с французами – по-французски. Но, как выразился Кончаловский: «Мы их понимали, а они нас – нет».

Кончаловского спросили, не хочет ли он снять фильм про войну в Сирии. «Не считаю своим долгом снимать кино о всех ужасах, которые происходят на Земле. Где зло рядится в одежды добра и разрушает человеческие жизни. Но назревает серьёзная глобальная проблема – однажды начнётся мировая война из-за питьевой воды. Об этом даже Ватикан заявлял. Вот это – тема глобальная, она меня интересует».

«Есть понятие «глубокая мысль», а есть – «глубокая правда». Это какой-то уровень правды, которого очень трудно достичь. Нельзя просто «копнуть» и найти её. Она обнаруживает себя сама. Когда что-то такое пробивается в фильме, то я не могу сказать, что так и было задумано. Идея о том, что зло растёт само, а для добра нужно настоящее чудо, была заложена в сценарии, а то, что после этого считывает зритель, уже проконтролировать сложно».

Как Кончаловский готовил своих актёров к фильму, чем вдохновлял? Три главных актёра готовились очень серьёзно, читали книги о «своей» биографии. Высоцкая читала о русской эмиграции в Париже, немецкий актёр – об офицерах СС, француз – о коллаборационизме. «Но француз был ленив», - улыбнулся Кончаловский. Когда снимали сцены интервью, это было по три дня и это было похоже на допрос, исповедь или пытку. Это было мучительно.

Кадр из фильма «Рай»


«Верите ли вы в рай?» - «Иногда верю, иногда нет. Могу сказать словами Капицы: я – православный буддист. В рай можно попасть ещё при жизни, а что будет дальше, мы не знаем».


Сценарий был написан совместно с Еленой Киселёвой. «Мы с ней познакомились не так давно. Мне сказали, что есть девушка, которая подрабатывает и пишет для каких-то мусорных сериалов. Она оказалась потомственным славистом и очень интеллигентным человеком, что для было очень важно. Мы с Леной бродим где-то в тумане, наощупь. Мы знаем, что напишем, но не знаем, будет ли это иметь какой-то смысл. Написать сценарий, где полкартины люди говорят на крупном плане, - это безумие. Ни одна студия за это не взялась бы. Слава Богу, я живу в России, где такие безумства могут проходить».

«Я вообще кино не смотрю, - сказал Кончаловский. – Не потому что мне лень, а потому что я эгоист. Я смотрю кино, когда оно пройдёт испытание временем. Но я встречаюсь с молодыми людьми и вижу, что с кино всё в порядке. В 90-е годы снималось всё, что нельзя было снимать до этого. Пошла череда «правды», но это был такой её уровень, который можно назвать «чернухой». Если режиссёр просто снимает героев, - это «чернуха». Если он их любит, то это уже настоящее кино. Теперь у нас стали снимать фильмы «под Голливуд», то есть продукт, который не имеет запаха, как клубника в супермаркете. Мы тоже стали пытаться делать «большой стиль». Это смешно, потому что такой продукт может быть сделан только на почве американского мифа. Но есть поколение режиссёров, которые у нас снимают авторское кино. Такое, которое делается для «родителей», а не для «детей». Для тех, кто ещё читает. Мне не надо, чтобы меня все смотрели и все любили. То, что мы делаем, для нормального зрителя вряд ли съедобно. Фильм на трёх языках, российский фильм с субтитрами! Как можно даже осмелиться прокатывать его».

Юлия Высоцкая: «Я не могу сказать, где я и где - моя лирическая героиня. Это не халат с павлинами, который можно снять». Кончаловский: «Это сложно делать и сложно объяснить. Гениальный актёр может гениально сыграть, но я бы снимал фильм не том, как он играет, а о том, как он бреется и ругается с женой. В этом я вижу свою задачу. Вы смотрите художественный фильм, где артисты говорят не заученный текст, а то, что они сами от себя не ожидают. Когда мы следим за поведением животного, нам всегда интересно, потому что оно не играет. То же и с человеком. А после такого наблюдения мы производим художественный отбор. Я использую этот метод с момента своего возрождения как режиссёра, то есть с «Белых ночей». Я пробовал его на «Асе Клячиной», но потом пошёл другой дорогой и теперь просто вернулся на этот путь».

Трейлер фильма «Белые ночи почтальона Алексея Тряпицына»

«Мне кажется, немцы будут смотреть мою картину, боясь сказать, что они думают по этому поводу. Но ведь они не виноваты, это их дедушки попали в мутную реку нацизма, а на внуках до сих пор всё это лежит».

Как получил роль Гиммлера Виктор Сухоруков? Кончаловский пробовал на эту роль многих немецких артистов. Причём обнаружил, что немцы восточной части Германии все хотят играть нацистов, а западной – не хотят, боятся. Поэтому все главные актёры – с востока. Но найти артиста на роль Гиммлера не получилось, и тогда Кончаловский решил попробовать Сухорукова. «Я его бесконечно колотил, но он не сопротивлялся». В фильме также звучит речь о том, что Гитлер, якобы, ищет преемника, мечтает стать художником и гулять по Риму. Это из книги «Застольные беседы Адольфа Гитлера», утверждает Кончаловский.

Юлию Высоцкую не гримировали, чтобы создать эффект выбритой головы, а постригли налысо по-настоящему.

«Рай» выйдет в российский прокат 19 января 2017-го года. Рецензию на фильм можно прочесть здесь.