В этой ленте, отразившей недоумение и растерянность перед загадкой бытия человека, заменившего Бога в своей душе тревожно и болезненно вибрирующей пустотой, некий гражданин ел, пил, брился и занимался прочими повседневными делами, разглагольствуя о своем месте в мире.