София Бутелла — девушка, которую российский зритель видел не раз: он давно видит её в рекламных роликах


Завязка Накачанный лондонский юноша занимается уличными танцами. После неудачи на глазах у сотен зрителей он хочет победить в танцевальном чемпионате. Он собирает команду лучших уличных танцоров в Европе, после чего решает, что изюминкой их выступления должны стать вкрапления сальсы. Проблема в том, что научить его и группу сальсе может лишь симпатичная, но очень своенравная девушка, сердце которой юноше нужно завоевать. Попутно ему следует справиться со страхом опозориться вновь, потому что девушки не любят трусливых парней, даже если у тех мускулы не помещаются в футболку.


Авторы Макс Джива и Дания Пасквини сняли первые «Уличные танцы», а теперь — вторые. Больше в их фильмографии пока ничего не значится. Джордж Сэмпсон — актёр, который сыграл в обоих фильмах. В обоих случаях у него роли второго плана, но он символизирует преемственность. Это сериальный актёр, которого иногда приглашают в игровое кино.


Уличные танцы в большей степени акробатика, чем пластическое искусство. Идея авторов фильма в том, чтобы доказать героям: прыгать и выделывать в воздухе кульбиты не так важно, как стать личностью и выразить её через движение


Главный герой вторых «Уличных танцев» сыгран Фальком Хеншелом, тоже сериальным актёром. Это его первая главная роль в кино, зато в его карьере есть второстепенный персонаж в «Рыцаре дня» с Томом Крузом и Кэмерон Диаз.


София Бутелла, танцовщица сальсы, известна как рекламное лицо женской линии Nike. Она исполняет танцевальные номера у Мадонны, выиграла ряд конкурсов по танцам (преимущественно, хип-хоп), иногда снимается в кино. Остальные актёры либо вообще не снимались в кино, либо играли эпизодические роли на телевидении и в боевиках. Единственный известный человек в «Уличных танцах 2» — Том Конти. Его единственная известная роль в кино стоит нескольких: он был Лоуренсом в культовой картине «Счастливого Рождества, мистер Лоуренс». Также он играл в лондонских эпизодах сериала «Друзья».


Рекомендации Людям, которые ничего не знают об агрессивных уличных танцах, этот фильм поможет узнать об этой субкультуре. Но именно о субкультуре, потому что сам танец изображен дискретно, как серия трюков и реакции на эти трюки зрителей. Для представителей же субкультуры этот фильм интересен гуманитарным посылом, который в фильме представлен недвусмысленно дидактично. Кроме того, это ещё и история любви, но в очень упрощённом варианте.


Обычный уличный танец



Потенции


Сложно сказать, чем на самом деле является картина «Уличные танцы 2». До кинематографического произведения она недотягивает ни по драматургии, ни по технике, ни по эмоциям. До ликбеза по уличным танцам — тоже, потому что авторы почти ни одного номера не показывают целиком, сосредотачиваясь на отдельных трюках. Более всего «Уличные танцы 2» похож на долгий видеоклип с морализаторским уклоном, и если не требовать от этой картины ничего большего, она не разочарует.


«Уличные танцы 2» при этом всё же пытаются казаться фильмом, поэтому отнесёмся к нему так, как он себя позиционирует. Начинается он так, словно снят в стиле Гая Ричи. Закадровый голос рассказывает от первого лица о юноше, который всегда хотел быть не как все и поэтому увлёкся уличными танцами. Тем временем, показана не очень убедительная демонстрация умений юноши, заканчивающаяся полным провалом. На некоем чемпионате мира по танцам в Лондоне юноша после подведения результатов подходит к лидеру группы, получившей чемпионский титул, и вызывает его на бой. После нескольких сальто мортале юноша неудачно приземляется, его освистывают, а негр-победитель насмешливо называет его «попкорном» (юноша подрабатывал продажей попкорна). После этого юноша решает, что в следующий раз он выиграет чемпионат. Завязка вполне в духе Ричи, так что стиль вполне уместен. Зритель ждёт приключений.


Юноша в компании с хрупким лондонским приятелем начинает собирать по Европе других танцоров, чтобы создать непобедимый коллектив. Зритель принимает правила игры: пусть ему расскажут авантюрную историю в стиле «Большого куша». Но поиски команды занимают не более пяти минут, пока идут вступительные титры. После этого Гай Ричи куда-то исчезает, и на его место вроде бы встаёт фильм о танцевальных репетициях и о том, в каких муках рождается пластическое искусство. Таких фильмов много — начиная с «Вечного движения» Майи Меркель и заканчивая «Пиной» Вима Вендерса. Но репетировать команде, в общем, нечего, потому что они и так супер-танцоры. Есть, правда, идея главного героя добавить в уличный танец элементы сальсы, которой группу научит симпатичная француженка. Начинается третий фильм в фильме — романтическая история юноши и девушки, которых сблизили танцы. В эту игру зритель тоже готов играть: «Грязные танцы» у нас всегда были популярными.


Не тут то было! Особенной любовной истории не получается. Фальк Хеншел умеет только играть мускулами, подтанцовывать и ухмыляться, а единственный конфликт между героями может быть только на том основании, что юноша панически боится проигрыша, а девушка, влюбившаяся в него с первого взгляда, хочет, чтобы у неё был храбрый парень. Авторы стараются тянуть этот конфликт как можно дольше, даже подвёрстывают под него основную идею фильма, но зритель в это не сильно верит, потому что у него не остаётся поводов для сомнений. Сразу ясно, что двое влюбились друг в друга с первого взгляда и в любом случае будут вместе.


Чтобы окончательно разрушить романтику, герои произносят реплики такого порядка: «Мы должны стать одним целым…» — «Мы уже одно целое!» — беседуют они после первой ночи. Выходит, что зритель обо всё знает заранее, он уже понял, что ребята танцуют, и будут танцевать ещё лучше. Что они победят в конкурсе и что парочка влюблённых будет вместе. Зритель скучает и ищет хоть какого-то повода продолжать просмотр.


Идея как-то окультурить уличных танцоров, одиночек и гордецов, доказав им, что, смягчившись и открывшись, они смогут стать сильнее, кажется благородной. Но на эту идею играет лишь фабула, а осуществляет её лишь Том Конти, играющий роль второго плана — отца француженки. Его появления в фильме не часты, но именно они могут стать светлыми мгновениями для аудитории, которая живёт так же, как юные герои фильма. Насколько дидактика фильма окажется воспринятой — сложно сказать. Есть в фильме танцевальный номер, где параллельно смонтированные влюблённые пытаются пластически рассказать о своём страдании. Выглядит неплохо, и даже думается, что раз уж актёров подбирали не по таланту играть, а по танцевальным способностям, то, может, стоило бы им сделать весь рассказ через танец? Хотя и неизвестно, смогли бы ребята сделать это достойно, как это было в «Пине».


Наконец, можно было бы хотя бы подробно показать сами танцевальные номера. Невозможность посмотреть выступление целиком здорово раздражает, а «остановки» действия по время трюков перестают действовать на пятой минуте фильма. Даже финальный танец, который, по всем правилам, стоило бы пустить целиком, нам не дают увидеть. Так же и вкрапления сальсы почему-то большей частью остаются маленькой частью общего финального номера. Если это изюминка, то совсем маленькая, работа над ней в фильме почти не видна, и зритель начинает сомневаться, стоило ли об этом так много шуметь в процессе развития сюжета.


«Уличные танцы 2» — это демонстрация упущенных возможностей. Нет приключений танцоров в Европе, нет яркой любовной истории, нет полных танцевальных номеров, нет рефлексии героя над своим страхом. На зрителя шквалом валятся ошибки создателей фильма, который от этого кажется длинным, однообразным и несмешным. Но у него есть одно достоинство: после фильма хочется найти в интернете записи настоящих уличных танцев и посмотреть, как это бывает на самом деле.