Билет на выход за любовь к шоппингу: почему одеть героя наших дней сложнее, чем армию викингов

Фраза «Я обожаю шоппинг» на собеседовании в художественный цех — это стопроцентный билет на выход. По крайней мере, так считает Молли Роджерс, работавшая над культовым «Дьявол носит Prada». На недавнем круглом столе SCAD Savannah Film Festival, где собрались главные художники по костюмам Голливуда, вскрылась забавная и одновременно болезненная для индустрии правда: современный дизайн костюмов в кино не имеет ничего общего с удачным рейдом по бутикам.

Художница Эрианн Филлипс («Под покровом ночи») озвучила довольно важную вещь. Проблема современных сеттингов в том, что студийные боссы, продюсеры и топ-актёры — люди богатые. У них есть личные стилисты, они привыкли к люксу и искренне считают себя экспертами. В итоге художник по костюмам превращается в менеджера по продажам, которому приходится отговаривать звезду от идеи нацепить ботфорты Prada просто потому, что «ну мой персонаж точно бы такое носил».

Ситуация усугубляется тем, что люксовые бренды всё активнее влезают в финансирование кино. Филлипс прямо говорит, что продюсеры теперь спускают разнарядки: «Вы обязаны использовать этот продукт». В таких условиях режиссёру и художнику приходится буквально биться за то, чтобы одежда работала на историю, а не превращала кадр в рекламный глянцевый разворот. Художница Марси Роджерс вспомнила, как на дебютном проекте Спайка Ли сидела на кастинге массовки, просто чтобы понять, как реально одеваются люди на улицах Нью-Йорка. Чтобы одеть героиню Нолу Дарлинг (фанатку Принса), она пошла в комиссионки за фиолетовыми вещами, а не в элитный Saks, потому что трушность персонажа всегда должна быть важнее ценника на бирке.

Пока одни воюют с современностью, другие создают исторические миры впечатляющих масштабов. Эллен Мирожник рассказала, что для новой «Одиссеи» Кристофера Нолана было отшито более 5300 костюмов. Гардероб Пенелопы в исполнении Энн Хэтэуэй выдержан в жжёно-красных тонах, а в кульминационный момент возвращения Одиссея она облачается в плотно облегающее синее плиссированное платье, которое работает как доспех — подчеркивая ее готовность к финальной битве. А вот Линда Мьюр (работавшая с Робертом Эггерсом над «Варягом») столкнулась с другой производственной болью. В эпоху викингов шерсть была главным показателем статуса, и сейчас катастрофически сложно найти ремесленников, способных аутентично воссоздать шерстяные ткани и фурнитуру того времени для массовки и главных героев.

К слову о контексте. Проникновение модных домов в кинопроизводство сейчас действительно достигло беспрецедентного пика. Тот же Saint Laurent недавно открыл собственную полноценную продюсерскую компанию и уже продюсирует фильмы мэтров вроде Кроненберга и Соррентино, представляя их в Каннах. Так что художникам по костюмам в ближайшие годы придется маневрировать ещё аккуратнее — грань между независимым кинематографом и корпоративным подиумом стирается уже на этапе подписания контрактов.