Редакция Фильм Про
7 часов назад
Мины по пути в туалет и настоящие контрразведчики в кадре. Как снимали фильм «Свинцовые небеса»
В российский прокат выходит военная драма Алисы Курганской, основанная на реальных событиях, произошедших в Донбассе в 2022 году. Мирные жители оказываются запертыми в православном храме, который силы противника планируют использовать в качестве огневой точки. Это первый фильм об СВО, созданный специально для подростковой и семейной аудитории. В интервью Фильм Про Алиса рассказала, как снимала там, куда раньше никого не пускали, хорошие ли актёры получаются из бойцов СВО и почему чувствовать себя глупой на съёмках иногда полезно.
Чемпион по боксу Алексей Романов привык побеждать. Его мир — слава, деньги и выгодные контракты. Но личная трагедия приводит его в Донбасс. Попав в плен, он вместе с мирными жителями оказывается заперт в храме, превращённом в огневую точку. Романову предстоит впервые драться там, где нет правил, судей и раундов, а ставка — чужие жизни.
Фильм основан на реальных событиях. Как вы впервые узнали об этой истории и поняли, что из неё может получиться полнометражный фильм?
В 2022 году я много времени провела в Донбассе, в том числе в разрушенном Северодонецке. Со связью там было очень плохо, поэтому от новостей мы оказались практически отрезаны. В один из дней, когда мы добрались до Луганска, мне позвонил мой московский товарищ Михаил Пальянов и спросил, знаю ли я об истории мирных жителей, которых неонацисты заперли на территории православного монастыря. Предложил взять эти события за основу сценария.
Я начала выяснять подробности и вдруг обнаружила, что с некоторыми людьми, пережившими ту историю, меня разделяет буквально одно рукопожатие. То есть появилась возможность узнать из первых рук, что там происходило.
Когда я стала разбираться в судьбах этих людей, поняла, что материала хватит на большой фильм. Тем более что за время работы в Донбассе я сама услышала и увидела немало историй, которые невозможно было забыть.
Но поскольку я с самого начала решила снимать кино для подростковой и семейной аудитории 12+, о многих страшных подробностях пришлось умолчать. Иногда реальность настолько чудовищна, что её не нужно дополнительно драматизировать. Скорее наоборот.
И вообще, моя история в первую очередь о мире. О том, что происходит с людьми во время войны, что помогает им оставаться людьми и как нам всем жить дальше, когда война закончится.
На съёмках фильма «Свинцовые небеса»
Какие ещё события из реальной жизни вошли в фильм?
Очень многие. Например, история семьи, где мать и сын придерживаются противоположных взглядов. Она пытается достучаться до него, объяснить то, что знает сама, но он её не слышит. И только трагедия заставляет молодого человека по-другому посмотреть на собственные убеждения.
Или другая история, которую мне рассказала подруга из Луганска. Во время обстрелов знакомая семья пряталась в подвале. Было очень холодно, и мужчина решил сбегать в дом за тёплыми вещами. Только он вышел, как снаряд попал прямо в подвал. В одно мгновение человек потерял всю семью. И даже похоронить никого из них не смог. Нечего было хоронить…
Как такое придумаешь? А жизнь придумывает. И подобных историй в сценарии много. Я собирала их по крупицам, соединяла, вплетала в судьбы героев. Поэтому фильм основан не на каком-то одном событии, а на нескольких реальных историях.
Кадр из фильма «Свинцовые небеса»
На роль Ариадны, 16-летней школьницы, которая сбегает из дома и оказывается в зоне боевых действий, вы пригласили молодую актрису Владу Майвл. Что в её пробах убедило вас, что она справится с такой непростой историей?
Я изначально писала Ариадну на Владу. Мне в данном случае пригодилась её колючесть, ершистость. У неё характер! И героиня получилась такой же — девочка, готовая ощетиниться против всего мира, лишь бы никто не заметил, какая она на самом деле ранимая.
Казалось бы, что тут сложного — бери и играй себя. Но играть близкий тебе характер иногда даже труднее, чем совершенно чужой. Владе пришлось серьёзно поработать, и она большая молодец.
Мне особенно нравилось, что она не стеснялась задавать вопросы. Например, начинаем снимать сцену, свет уходит, времени в обрез. Вдруг Влада просит остановить съёмку, подходит ко мне и говорит: «Алиса, я вообще ничего не понимаю! Я чувствую себя идиоткой! Что мне делать?» Мы отошли, начали разбирать сцену. А потом я говорю: «Влада, ты чувствуешь себя идиоткой? Прекрасно! Продолжай чувствовать себя идиоткой. В этой сцене именно это и требуется!» Она посмотрела на меня, подумала, мы разошлись по позициям — и великолепно сняли сцену.
В этом, кстати, одна из прелестей режиссуры. Иногда актёру вовсе не нужно избавляться от состояния, которое ему мешает. Нужно понять, как это состояние использовать.
Кадр из фильма «Свинцовые небеса»
А что насчёт Григория Некрасова? Как вы пришли к такому кастинговому решению?
Вообще-то я писала сценарий совершенно на другого актёра. Но он надолго оказался занят в другом проекте и не смог у нас сниматься. Я, кстати, особо не расстроилась. Подумала: вселенная у нас такая затейница, обязательно кого-нибудь пришлёт!
И вот смотрю сериал «Купчино» и вижу Гришу Некрасова. Вспоминаю, что он мне очень понравился ещё в «Крыльях империи». Тут же прошу кастинг-директора связаться с ним.
Но возникла новая проблема. Актрису на роль жены главного героя мы уже практически утвердили, а с Гришей она совершенно не монтировалась. Не получалась пара.
И вдруг всё сошлось. Гриша и Яна пришли на пробы. Начали играть сцену, и я в какой-то момент поймала себя на том, что уже не провожу кастинг, а полноценно репетирую. Мы что-то обсуждаем, меняем, пробуем, а они выдают такой эмоциональный накал, что я просто в восторге! Конечно, утвердила обоих.
Кадр из фильма «Свинцовые небеса»
Но теперь нужно было найти отца Тихона. Отношения священника и Романова — одна из важнейших линий фильма. И актёр здесь требовался совершенно особенный.
Как-то смотрю «Монаха и беса» Николая Досталя, где Сергей Барковский играет Бенкендорфа. И понимаю: вот он! Хочу Барковского!Сергей Дмитриевич приехал из Петербурга. Мы дали ему одну из самых сложных сцен. Он сыграл — и мы все заплакали. Причём если бы пробы снимались на профессиональную камеру, я бы эту сцену прямо в фильм и поставила. Настолько точно всё было сделано.
Правда, на площадке характеры сошлись ещё те! Гриша колючий, Сергей тоже, да и я, признаться, не ромашка. Иногда спорили, бывало, мы с Гришей орали друг на друга, а один раз поссорились на площадке — и я разговаривала с ним через второго режиссёра Аню Генералову. Это был сущий детский сад, но в итоге наша ссора дала нерв, который очень оживил кадр.
Алиса Курганская с Сергеем Барковским и Григорием Некрасовым на съёмка фильма «Свинцовые небеса»
В общем, я ни секунды не пожалела о своём выборе. Я очень люблю моих актёров и то, что они сделали в картине.
Знаете, есть забавная вещь. Я сама написала сценарий, сама сняла фильм, знаю там каждую сцену, каждый поворот. Но до сих пор, когда включаю «Свинцовые небеса», чтобы что-то проверить, вдруг обнаруживаю, что сижу и смотрю дальше. Залипаю! Мне интересно, что будет потом, хотя я прекрасно знаю, что будет!
Конечно, из-за ограниченного бюджета не всё удалось сделать с тем размахом, который задумывался. Но главное — характеры, отношения между людьми и то, как они меняются, — получилось. И для меня это самая большая радость.
Но в фильме снялись не только профессиональные актёры. Например, были задействованы бойцы СВО. Как вам с ними работалось?
Я родилась и выросла в Луганске, поэтому для меня Донбасс — родной дом. Я знаю многих людей, которые воюют, занимаются волонтёрской работой, помогают фронту. И некоторые из них появились в нашем фильме. Например, Александр Гончарук, позывной Сват. К сожалению, он пропал без вести под Константиновкой и не успел увидеть готовую картину.
Вообще, я очень люблю работать с людьми без актёрского образования. Бывает, человек подходит и говорит: «Хочу сниматься в кино». Смотришь на него и понимаешь: вот же характер! Вот фактура! Его надо только правильно встроить в драматургию, найти ситуацию, в которой он будет абсолютно органичен. И иногда получается такое, чего от профессионального актёра пришлось бы добиваться часами.
Есть у нас сцена, в которой возле церкви происходит трагедия. Один из украинских бойцов, которого как раз играет Александр Гончарук, видит, что творят его товарищи. И у него на лице буквально на мгновение появляется совершенно человеческое потрясение. Это очень тонкая актёрская задача — показать, как в человеке вдруг что-то дрогнуло, как он на секунду усомнился в происходящем и пожалел о своей причастности к этому. И Сват сыграл это удивительно точно. Без слов, практически одним взглядом. Я очень люблю этот момент.
На съёмках фильма «Свинцовые небеса»
Часть сцен вы снимали в Донбассе, причём в местах, закрытых для гражданского населения, где раньше никогда не велись съёмки. Как было принято такое решение и как вам удалось всё организовать?
Я хорошо помню Северодонецк. Когда-то красивый, живой город. А потом видишь сожжённые многоэтажки, разрушенные улицы, пустые дома. И понимаешь, что здесь никакие декорации уже не нужны. Сама действительность сильнее любой выдумки.
Я знала, что часть фильма обязательно нужно снимать в Донбассе.Мы работали в Луганске, Попасной, Тошковке. А вот сцены с детьми и основные эпизоды в храме снимали в Рязанской области. Я очень хотела снимать всё в Донбассе, но не имела права подвергать опасности детей и большую съёмочную группу.
Поскольку я сама луганчанка, у меня там много знакомых, которые помогали организовать работу. Но допуск на закрытые территории и безопасность обеспечивали военные, в том числе сотрудники военной контрразведки. Нас встретили, сопровождали, помогали решать вопросы, которые на обычной съёмочной площадке даже не возникают.
Очень помогали местные жители. Многие из них — настоящие волонтёры, которые в фильме тоже играли волонтёров. Им особенно ничего изображать не приходилось.
Поэтому у картины есть любопытная особенность: мы снимали художественное кино, но в кадре оказались реальные разрушенные посёлки, настоящие волонтёры, военнослужащие и даже сотрудники военной контрразведки. Получилась почти документальная достоверность внутри художественной истории.
На съёмках фильма «Свинцовые небеса»
И всё же чем производство фильма на Донбассе отличается от работы на обычной площадке? С чем приходилось мириться?
Да буквально со всем! Даже с такой элементарной вещью, как поход в туалет.
Естественно, в Донбассе мы не афишировали присутствие съёмочной группы, особенно в местах, близких к передовой. Само собой, и такого удобство, как вагончик с туалетом, у нас не было. Ну, в таких случаях обычно ищут ближайшие кустики. Но не в Донбассе! В кустах могут быть мины. Есть проверенная дорожка — вот по ней и ходи. Ни шага в сторону. Так что приходилось бегать туда, где до нас уже проверили всё на отсутствие мин.
Или вот другая история, с рациями. На съёмках мы постоянно переговариваемся по радиосвязи. И однажды, когда недалеко от места съёмки шёл бой, мы вдруг услышали на нашей частоте переговоры противника. Представляете? Снимаем кино про войну — и тут в нашу съёмочную радиосеть вмешивается настоящая война. Ну что делать? Сменили частоту и продолжили работать.
Но были там и совсем необъяснимые истории. Снимали мы в Тошковке. Иду между разрушенными домами к бывшему детскому саду. И вдруг слышу, как где-то совсем рядом весело разговаривают мужчины. Смеются, шумят, что-то обсуждают. Думаю: ну прекрасно! Съёмочная группа уже собралась и устроила посиделки. Хотя вообще-то они должны были готовиться к съёмкам в другом месте. Захожу в здание, рассчитывая застать весёлую компанию, а там только оператор и военный. Спрашиваю: «А где все?» Они на меня смотрят: «Кто все? Никого здесь не было». А вокруг — развалины, пустые помещения. И у стены стоит кусок разбитого пианино.
Потом вызываю актрису Аню Роскошную. Она приходит в сопровождении сотрудника контрразведки, смеются и с порога спрашивают: «А где пианино?» Я показываю на этот разбитый инструмент. «Да нет, нормальное пианино! Здесь же какое-то веселье и кто-то только что бренчал на пианино!» И вот стоим мы с ними посреди разрушенного детского сада и молча смотрим друг на друга. Я слышала мужские голоса, они — музыку. А рядом никого, и пианино разбито. Не знаю, что это было. Какой-то временной разлом.
На съёмках фильма «Свинцовые небеса»
Вы упомянули, что изначально задумывали фильм для аудитории 12+. Как вы определяли, что подросткам уже можно показать, а что требует особой осторожности? Может быть, пришлось смягчать какую-то сцену?
Моё первое образование — психолого-педагогическое. Поэтому я достаточно хорошо представляю возрастные особенности восприятия и понимаю, что для подростка может оказаться слишком тяжёлым.
Многое действительно пришлось смягчить. Некоторые вещи я сознательно оставила за кадром. Потому что можно рассказать человеку страшную правду, а можно просто травмировать его. Это совершенно разные результаты.
Но при этом я категорически против того, чтобы детей ограждали от всего неприятного и сложного. У нас ведь иногда взрослые рассуждают так: ребёнок ещё маленький, зачем ему знать? Пусть живёт в счастливом неведении. А потом ребёнок вырастает, выходит в большой мир, и выясняется, что к этому миру он совершенно не готов. Потому что кто-то очень старательно оберегал его от действительности.
В фильме есть такая история. Мать долго скрывала от сына важную правду о прошлом семьи, думая, что тем самым защищает его. А в результате лишила возможности вовремя разобраться в том, во что он верит и кому доверяет.
Поэтому для меня вопрос не в том, нужно ли говорить с детьми о сложных вещах. Нужно. Вопрос в том, как говорить. И здесь художественное кино может оказаться гораздо полезнее самых правильных нравоучений.
На съёмках фильма «Свинцовые небеса»
Сейчас подростки формируют представления о происходящем через социальные сети и короткие ролики. Чем, на ваш взгляд, полнометражное кино может ответить на такой способ восприятия информации? Приходилось ли вам подстраиваться под новые реалии?
Нет, мы как раз сознательно не стали подстраиваться. Мне совершенно не нравится идея, что, если современный подросток привык к коротким роликам, мы теперь обязаны каждые пять секунд менять ему картинку, иначе он, бедненький, заскучает. А может быть, всё-таки стоит научиться удерживать внимание? Не мельканием, а содержанием?
Мы выбрали традиции хорошего советского и мирового кинематографа. С полноценными планами, с возможностью рассмотреть лицо актёра, почувствовать, что с ним происходит, услышать не только слова, но и паузы между ними.
Это, конечно, не означает, что фильм должен быть медленным. У нас остросюжетная история, и динамики в ней достаточно. Но я не хочу подменять драматургию скоростью монтажа.
Знаете, карабкаться вверх всегда труднее, чем катиться вниз. А мне очень хочется, чтобы мы перестали катиться вниз, в том числе в вопросах культуры восприятия.
И что самое интересное, это работает!
Мы показывали фильм зумерам, причём обычным ребятам, которые даже толком не знали, что именно будут смотреть. Они внимательно следили за историей, переживали, а потом ставили нам восемь и девять баллов из десяти.Оказывается, молодёжь прекрасно умеет смотреть серьёзное кино. Нужно только дать ей интересную историю и героев, которым хочется сопереживать.
Кадр их фильма «Свинцовые небеса»
Почему зрителям стоит пойти в кинотеатр на «Свинцовые небеса»?
Потому что этот фильм даёт возможность найти ответы на вопросы, которые сегодня волнуют многих, но о которых люди не всегда умеют или решаются говорить.
Мы никого не собираемся поучать. Мы рассказываем историю обычных людей, оказавшихся в совершенно необычных обстоятельствах. И предлагаем зрителю самому увидеть, на что способен человек, когда ему приходится делать настоящий выбор.
Помните стихотворение «В одно окно смотрели двое»? Один увидел дождь и грязь, а другой — весну и небо голубое. Мне кажется, с нашим фильмом будет похоже. Кто-то увидит прежде всего ужасы войны и человеческое отчаяние. А кто-то — удивительную способность людей меняться, любить, заботиться друг о друге и находить смысл жизни даже там, где, казалось бы, всё потеряно. Мне очень хочется, чтобы зритель увидел и это второе.
Потому что «Свинцовые небеса» — всё-таки фильм о жизни. И о том, что даже в самых страшных обстоятельствах у человека остаётся возможность сделать её лучше.
Команда фильма «Свинцовые небеса»