«Самое интересное в хорроре — когда внутренние конфликты переходят во внешнюю среду, становясь осязаемыми»

Режиссёр Артём Котовский (учился в МШНК) снял дебютный короткий метр «Яма» — поэтичная история о травме утраты. Главный герой фильма пытается убежать от физических воплощений своих страхов и чувства вины, и ему в этом странном полузагробном мире помогает таинственный проводник. Увидеть картину можно уже 17 октября на «НСТ Хоррор Фест» перед показом фильма «Безликие. Кошмар джунглей» (билеты — здесь). Узнали у молодого постановщика, как написать сценарий за 1 день, сколько стоит снять короткометражку и важности практических эффектов.

В вашей картине бросается в глаза количество разных интересных образов, локаций и спецэффектов. Сколько сейчас стоит снять такую картину? На какие цифры ориентироваться дебютантам?

На самом деле, конечно, вопросы к продюсеру с точки зрения чёткого понимания, сколько было потрачено. Но я могу приблизительно сказать, что где-то тысяч 700-800. 

А как вы собирали команду и ваш каст? В основном люди были согласны работать на энтузиазме или за что-то пришлось заплатить?

Где-то 50 на 50. Были люди, которые отказывались работать за энтузиазм. Но самое важное — все главы подразделения работали бесплатно. Мой оператор Егор Карецкий в целом подключился на достаточно раннем этапе. 

У меня уже была приблизительная раскадровка. Естественно, то, что ты придумаешь себе в голове, и то, что в конечном итоге получается, всё-таки разнится. 

Мы с Егором попытались прийти к какой-то середине. Хотелось, чтобы всё же фильм выглядел красиво. Мы вместе выстраивали кадры, урезали их количество, чем было задумано изначально. Грубо говоря, мы могли взять три каких-то кадра, которые я придумал, и ужать до одного. 

Актёры у нас работали в основном за деньги, звукорежиссёры тоже за деньги. Мы ещё и переозвучивали фильм. Но так, конечно, очень много людей было на энтузиазме. И это очень приятно, что столько людей готовы поддержать безвозмездно. 

А сколько смен было? Учитывая ещё и большой разброс локаций для короткого метра. 

У нас было пять полных смен (иногда было и по три локации за день), и ещё две смены мы дополнительно снимали из-за проблем  с открывающей сценой на крыше. Мы её переснимали три раза. 

Один раз это было связано с погодными условиями — выпал снег, всё выглядело очень печально. Мы всё же отсняли материал, но в конечном итоге решили переделать. Поэтому была ещё одна дополнительная смена. А на ней на уже подвёл подрядчик, который предоставлял крышу. Нас оттуда прогнали, когда мы начали снимать. Есть ещё такая такая вещь, как изменение сценария. Я написал первый драфт за 1 день. Но потом, конечно, его менял. От исходной версии на экране оказалось процентов 20. 

История менялась на всех этапах создания картины, что-то я даже поменял на посте, когда был непосредственно монтаж.

А в целом какой процент компьютерной графики в фильме? И сколько эффектов удалось создать практически? В «Яме» много образов, связанных с огнём, блики в глазах, в один момент герой уходит под землю. 

Я сторонник практических эффектов, старался сделать минимальным включение CG-специалиста. 

Всё, что связано с огнем, снималось, естественно, вживую, всё это натуральные съёмки. Но блики в глазах — это CG. Также уход под землю был частично CG, просто потому, что мы не смогли реализовать эту задумку живьём. Мы пытались сделать трюк практически, у нас были потрачены деньги и время на это, но подвели обстоятельства: мы не смогли по-нормальному до съёмок сделать прешуты. Но наш актёр Иван Кондрашев-Гарден действительно в кадре уходит в яму, мёрз под землёй ради фильма. 

Идея картины к вам как-то спонтанно пришла или что-то вдохновило? Может, что-то из личного опыта? 

Можно сказать, что из личного, ведь я сам сталкивался с потерей близких людей. Если в целом говорить про искусство, то меня всегда подкупали истории, где внутренние конфликты переходят на внешний фактор, на внешнюю среду, когда твоё внутреннее становится внешним. 

Я просто понимал, за что отвечает каждая сцена и на что я могу её поменять, чтобы у меня оставался плюс-минус такой же посыл, который был изначально заложен. 

В целом, это личная история, которую я развивал в голове какой-то определенный промежуток времени, основываясь на образах. 

А вы дальше собираетесь эту историю перерабатывать в полнометражный фильм? Планируете ли вы в целом продолжать в жанре этом работать?

Да, я планирую работать в этом жанре, потому что, мне кажется, что вообще хоррора очень многогранен, и совершенно разные вещи можно в нём делать. Посмотрите только, как интересно в хоррор включает комедию Зак Креггер в «Орудиях» или «Обители зла». Жанр очень гибкий.

Опять же мне хоррор импонирует тем, что ты можешь сделать внутренние переживания внешними. Все монстры и препятствия в ужасах — это воплощение различных метафор, проблем героев. 

Я сейчас пишу новый короткий метр, у меня уже есть идея, и в нём я занимаюсь ровно тем же самым — переношу из внутреннего во внешнее. 

Я не собираюсь превращать «Яму» в полный метр, потому что это самодостаточная и законченная история. Растягивать её не стоит. Мой полный метр будет с абсолютно другой концепцией, но тоже с хоррорной составляющей. 

Вы со сценарием «Ямы» подавались на какие-то питчинги или конкурсы, может быть? Или сразу решили самостоятельно реализовать? 

Я даже не пытался идти на питчинги как участник. Я на таких мероприятиях был только как смотрящий, и мне показалось, что это не моя история. Я решил сделать всё сам. 

На самом деле, когда ты берешься за организацию, сначала думаешь, что не знаешь, как собрать команду. Но когда ты начинаешь это делать и когда у тебя начинают появляться люди, то они  тянут других людей. 

То есть ты начинаешь общаться, грубо говоря, с оператором. Говоришь ему: «Блин, а у тебя нет пиротехника, к примеру? Мне нужно что-то там поджигать». Он говорит: «Да, у меня есть знакомый, который занимается этим, и он с удовольствием поможет просто так, ради творческой реализации». 

Использованы кадры из фильма «Яма»