Свитер за три косаря баксов, чтобы казаться «своим пацаном»

Как нас обманывают костюмы во втором сезоне «Грызни»

Художница по костюмам Ольга Милл, которая набила руку на «Реинкарнации» Ари Астера, в этот раз залезла в гардеробы ультра-богатых обитателей Монтесито.

Главный герой в исполнении Оскара Айзека — классический миллениал, который пытается вписаться в тусовку самых богатых людей в мире. В режиссуре есть такое понятие как «характер через детали», и здесь оно доведено до абсолюта. Его Джош не носит костюмы-тройки, он выбирает светлые кроссовки и «носки с индивидуальностью».

Это чистая стратегия: менеджер элитного клуба должен выглядеть так, будто он ваш лучший друг, с которым вы только что кутили, а не наёмный персонал. Это «гиперассимиляция» в чистом виде — когда ты так отчаянно хочешь казаться своим, что копируешь даже манеру завязывать шнурки у тех, кто в десять раз богаче тебя.

Для режиссёров это отличный референс: хочешь показать неуверенность персонажа — заставь его слишком стараться выглядеть расслабленным.

А Кэри Маллиган в новом сезоне — это отдельный кейс для психотерапевта. Её стиль «коттеджкор» или, как я это называю, «пасторальный люкс», вдохновлен самой Марией-Антуанеттой. Помните, как королева играла в пастушку в Версале? Здесь то же самое. Богатые женщины в Монтесито обожают косплеить сельскую жизнь: цветочные платья, корзинки для пикников, как будто они только что собрали органические томаты в своем саду. На деле же за этим садом следят двадцать садовников из Мексики.

Это визуальный обман, транслирующий месседж: «Я настолько богата, что могу позволить себе выглядеть так, будто у меня нет забот, кроме поиска идеального домашнего джема».

В Монтесито вы не встретите галстуков. Там все дело в фактуре: лён, кашемир, ткани, которые стоят как почка, но выглядят так, будто их просто накинули после пляжа. Это «тихая роскошь» в ее самом агрессивном проявлении.

«Грызня» же учит нас, что настоящий статус — это когда ты выглядишь как человек, который только что вышел из тосканского отпуска, даже если ты в этот момент планируешь чье-то социальное убийство.