Редакция Фильм Про
10 April 2026
Почему в век «цифры» дефекты важнее идеальной картинки
Секреты колориста картины «Острые козырьки: Бессмертный»
Адаптация сериала под формат полнометражного фильма — задача тяжёлая, особенно когда запрос требует сохранения визуального стиля и характера первоисточника. Колорист Симоне Граттарола рассказывает о том, почему в цифровой век дефекты важнее идеальной картинки и как розовый цвет может появиться даже в «брутальном» кино.
Симоне Граттарола:
Режиссёр Том Харпер и оператор Джордж Стил ясно дали понять, что хотят сделать фильм максимально кинематографичным. Фильм выходит в кинотеатрах, а потом появится на Netflix, в то время как оригинальный сериал изначально был ориентирован на телевидение
Это стало отправной точкой работы.
Игра с цветом
Если в первых сезонах сериала палитра была дымчатой, ненасыщенной и почти монохромной, передавая дух промышленного города в плену жёлто-зелёного смога, то в «Бессмертном» визуальный ряд стал сложнее.
Симоне Граттарола:
При работе над фильмом мы вдохновлялись эстетикой цветного кино 1930-х, 40-х и 50-х годов. Вместо привычных приглушенных тонов мы расширили палитру, добавив больше розовых и пастельных оттенков. Это решение уже было заложено в костюмах и декорациях, и нашей задачей было подчеркнуть это.
Плёнка vs «цифра»
Как заставить современную цифровую камеру передать душу классической кинопленки? Просто использовать наложение плёночного эффекта было бы слишком легко, это создавало бы ощущение «стерильности».
Симоне Граттарола:
Сначала мы использовали стандартные инструменты в DaVinci Resolve и плагины для имитации зернистости и ореолов. Но вскоре поняли: результат получается слишком контролируемым. Слишком идеальным.
Команда осознала, что истинное волшебство кино кроется в химическом процессе — в тех самых аномалиях и дефектах съёмки, проявки и печати, которые невозможно полностью предсказать. Именно эти «ошибки» придают фильму аутентичность. В процессе цветокоррекции Граттароле приходилось сознательно подавлять профессиональный инстинкт «всё исправить».
Симоне Граттарола:
Иногда кадр становился чуть более голубым или пурпурным, менялись оттенки кожи. Мой 25-летний опыт кричал, что это нужно выровнять. Но на самом деле мы приняли их такими, какие они есть, потому что в любимых нами эталонных фильмах всё было именно так.
Важный инструмент — DaVinci Resolve
На финальном этапе, когда общая эстетика была утверждена, цветокоррекция превратилась в процесс, по сложности сопоставимый с монтажом. Малейшие изменения яркости или контраста должны были работать на драматургию каждой конкретной сцены.
Симоне Граттарола:
В одной из сцен оператор был недоволен фоном, и мы использовали инструмент Depth Map в Resolve, чтобы отделить передний план от фона. Это позволило нам изменить окружение, не затрагивая актёров.
Одной из самых сложных стала сцена после бомбёжки. Освещение в кадре постоянно менялось, а персонажи перемещались из густой тени на яркий свет. Для визуальной целостности картины потребовался целый комплекс мер: окна усиления, регулировка контрастности, добавление цифровой дымки и использование инструментов рассеивания, таких как Scatter.
Симоне Граттарола — скромный художник
Операторская работа и художественное оформление работают на картину, а не вне её. Несмотря на колоссальный объем технической работы, Симоне Граттарола уверен: визуальные решения должны дополнять историю, а не выходить на первый план.
Симоне Граттарола:
Если мы всё сделали правильно, люди не обязательно будут понимать, почему фильм выглядит и ощущается именно так. Они просто почувствуют это.