Звезде трилогии «Властелин колец» исполняется 45 лет. Он один из тех актеров, кто, заработав славу участием в масштабной франшизе, продолжил карьеру, выбирая нестандартные проекты. Разбираем некоторые из них. 

В этом фильме Элайджа играет серийного убийцу, где зритель почти всё время наблюдает за происходящим от его лица (POV). Вуд признавался, что это был один из самых странных технических опытов. Он почти не находился перед камерой, но постоянно стоял за спиной оператора, чтобы его руки попадали в кадр, или отражался в зеркалах. Ему приходилось буквально «обнимать» камеру, чтобы создать эффект присутствия. Он называл это «танцем с оператором». Персонаж по-настоящему «ожил» только на этапе озвучки в студии, где Вуд добавлял тяжелое дыхание и мелкие звуковые нюансы.

«Это было похоже на создание пазла, где я — лишь часть механизма, а не просто лицо в кадре».

Вуд тогда сознательно искал комедийный формат, в котором у него почти не было опыта. Он рассказывал, что его привлекла именно «экзистенциальная тьма» проекта. Для него это была не комедия о собаке, а история о психическом здоровье.

Элайджа настаивал на том, чтобы во время съемок между ним и Джейсоном Ганном (актёром в костюме собаки) была настоящая химия, будто это его лучший друг, несмотря на то, что тот постоянно вёл себя отвратительно.

Элайджу поразила скорость работы — им приходилось снимать по 6–8 страниц диалогов в день, в то время как в кино этот процесс идёт гораздо медленнее. Но именно это он называет экстремально бодрящим опытом.

Вуд присоединился к сериалу во втором сезоне в роли гражданского детектива с очень странными методами. Элайджа отметил, что его персонаж — это своего рода «тёмное отражение» его самого: Уолтер очень вежлив, богат и при этом совершенно лишён морального компаса в привычном понимании. Вуда привлекла возможность снова поработать с Кристиной Риччи (с которой они снимались ещё детьми в «Ледяном ветре») в создании дуэта двух максимально странных людей.

Элайджа был фанатом графических романов Фрэнка Миллера ещё до того, как узнал о съёмках фильма.

Роберт Родригес пригласил Вуда в номер отеля, надел на него очки и попросил просто смотреть в камеру, пока сам режиссёр читал вслух фрагменты комикса. Это и было прослушиванием.

Фильм снимался почти полностью на хромакее. Свои сцены Вуд снял всего за два дня, работая в основном с каскадёром Микки Рурка. Миллер постоянно присутствовал на площадке и корректировал поведение персонажа: «Это Кевин сделал бы, а это — нет».

Вуд признается, что для него этот фильм — абсолютный шедевр, и он готов был сняться в нём в любой роли, лишь бы поработать с Мишелем Гондри.

Он вспоминает сцену, снятую одним дублем, где Джим Керри бежит по коридору, переодевается на ходу и «появляется» в разных частях кадра. Это была чистая хореография без компьютерной графики.

На второй неделе съёмок вся группа пошла в бар, и у всех было «наэлектризованное» чувство: «Черт возьми, мы делаем что-то невероятное».

В большом видеоинтервью для GQ Элайджа сформулировал свою философию — выбирать не роли, а авторов:

«После «Властелина колец» у меня не было амбиций поддерживать статус «звезды блокбастеров». Я просто хотел участвовать в фильмах, которые сам бы с удовольствием посмотрел. А я люблю странное кино».