«Мы сняли «Картины дружеских связей» за 11 смен»

Узнали у Райзман, что для неё главное в съёмочном процессе, как она совмещала на площадке режиссёрские и актёрские задачи и работа над какой сценой внезапно оказалась сложнее всего.

— Понятно, что, наверное, вдохновением для создания фильма стала сама жизнь, но вот сколько идея вынашивалась у вас в голове, когда она вылилась в сценарий?

— Я когда-то посмотрела фильм Симоны Костовой «Тридцать», и он был очень малобюджетным. Снят за смешную сумму, вроде пяти тысяч долларов. И этот фильм произвёл на меня очень большое впечатление. Показалось, что о нашем поколении 30-летних не так много сказано. Ну, что-то сказано, но того, что мне пришло в голову, ещё нет. И вот с тех пор замысел фильма начал у меня бродить в голове.

А первый драфт этого сценария написала... Вот в день премьеры на «Маяке» по переписке увидела, что это было год и девять месяцев назад.

— Фильм действительно создаёт ощущение, что просто подглядываешь за жизнью героев. Она такая, какая есть. Это всё было настолько тонко прописано уже на этапе сценария, или такой эффект достигается импровизациями?

— Нет, конечно, мы следовали сценарию. Фильм был придуман и написан на бумаге, но в некоторых сценах было оставлено специальное пространство для импровизаций. Оставался этот кислород, чтобы сцена могла как-то дышать.

— Вы не только режиссёр и сценарист, но и актриса, поэтому, конечно, не удивляет, что вы сами сыграли одну из ролей в «Картинах дружеских связей». Насколько сложно было одновременно руководить процессом и находиться в кадре? Что помогает совмещать?

— Я не испытывала особых проблем, потому что, в первую очередь, я абсолютно доверяю людям, которые со мной внутри кадра. Понимаю, что мы чувствуем друг друга, мне не нужно из-за плейбэка кричать.

И, во-вторых, работа была так выстроена, что и за плейбэком у меня были доверенные люди. В том числе художник-постановщик Маруся Павлова, она была вообще моим каким-то незаменимым соратником. Когда я была в кадре, она была за плейбэком, и я знала, что она обратит моё внимание на что-то, что я могу упустить.

Также моя роль была не главная, на ней не было такой большой драматургической ответственности, поэтому мне было легко, я могла где-то себя убирать из кадра, где-то могла минимально находиться, где-то из сцен себя убирала, чтобы больше быть за плэйбэком.

— А как у вас сложился тогда такой тандем с художником-постановщиком? Где вы сработались с Марусей, что у вас настолько доверительные отношения?

— Мы впервые встретились на этой работе. Маруся — художник в спектаклях театрального объединения «Озеро» (фильм «Картины дружеских связей» спродюсирован «Озером» совместно с компанией независимого видеопродакшена Stereotactic — прим. ред. Фильм Про), и это они меня познакомили с ней.

— У вас органически выходит выстраивать такое доверие в команде? Или есть, может, какой-то секрет?

— Знаете, в фильме «Новая волна» Линклейтера (российская премьера тоже состоялась на «Маяке» — прим. ред. Фильм Про) герой сказал, не знаю, всерьёз или в шутку, но мне кажется, супервсерьёз, что он не стал бы работать с продюсером, если бы он не мог назвать его своим другом.

И я подписываюсь тысячу раз под этой репликой. Это единственный возможный вариант. Я нашла на самом этапе зарождения проекта людей, которые были настолько настроены на меня, что дальше всё это уже развивалось именно таким путём полного доверия. Это всё и с актёрами, и с каждым членом команды в целом.

Это всё тавтология, потому что у меня в названии слово «дружеские». Я не хочу, чтобы это звучало пафосно. Но у нас всех действительно такие отношения: доверие и синхронизация в самых базовых моментах. Мы в этом не расходились.

— А были ли всё равно какие-то сложности на площадке? Может какая-то особая смена или сцена?

— Мы сняли кино за 11 смен. Это очень мало.

Была одна сцена «трюковая», не буду её описывать, чтобы обойтись без спойлеров, но как раз она прошла легко. Мы были подготовлены, и в целом в тот день снимали ещё очень-очень много всего. И я удивилась, насколько это легко прошло.

Самая трудная в реализации, наверное, была сцена в «Игги Пабе», потому что мы хотели снимать именно в живом баре, не закрывать его, а снимать прямо там, где люди проводят время вечером. Я не осознавала все сложности, с которыми мы столкнемся. Это ещё и была ночная смена, и до этого мы снимали другую сцену, у нас был переезд.

— И как тогда снимать в таких условиях, когда вокруг настоящая живая толпа, а не какие-то нанятые актеры массовки? Есть какие-то хитрости, или просто погружаешься в этот хаос и идёт как идёт?

— Хитрость одна — Андрей Маник и Володя Комаров (продюсеры фильма — прим. ред. Фильм Про) на перекрытии. Они нас спасали, пытались делать так, чтобы люди не заходили в кадры, которые будут монтажные, боролись с выпившими, которые что-то кричали.

Советую на таких съёмках сосредоточиться на вашей цели. У вас должна быть только она на уме, а не препятствия.

— И последний вопрос: за какую сумму можно снять хороший дебют?

— Я считаю, что минимальной суммы нет. Если у тебя есть, условно, три копейки — можно что-то сделать и на них.

Вот у вас есть какие-то рамки, будь то всего одна маленькая комната и только естественный свет, в них уже можно придумать, как снять кино. У дебютантов сейчас есть такие возможности, дерзайте!