Про работу продюсера

Я сопродюсер фильма «Элефант», вместе с Сергеем Сельяновым. Мы обязательно будем пытаться продвигать его на зарубежные рынки. Я не уверен, что так уж я шибко хочу, чтобы наши картины смотрели за рубежом, потому что я знаю, что все, кроме огромного американского кинематографа, производят, прежде всего, для своей страны. Абсолютно отвечаю за свои слова. Даже как пример – есть Болливуд. Индусы, как вы понимаете, производят огромное количество картин. Знаменитый фильм Ридли Скотта «Гладиатор» прошёл двумя копиями, затем они снимали своё. У них получился гладиатор такой пляшущий, с точечкой на лбу, а ещё там девочки были. Каждая нация делает для себя своё кино. Свой, как вы говорите, продукт. Выйти на международный рынок – это сложно, это, наверное, нужно, но поверьте мне, что природа юмора, так же, как природа трагического, у каждой нации своя. Это я говорю, абсолютно отвечая за свои слова. С 2008 года у меня бывают редкие европейские проекты, достаточно значимые. Я попадал в интернациональные команды с очень хорошими актёрами. Например, в фильме «Признание» у меня был романчик с Кони Нильсен. Тони Сервилло в главной роли, Даниель Отой – от каждой страны было по актёру. А я везде играл русских. Я всегда для себя проверяю, рассказываю Russian joke (русский анекдот). Могу вам сказать так: из десяти русских анекдотов итальянец смеётся над семью – вот они понимают, мы с Италией как-то поближе. Французы – пять на пять, англичанин смеётся один раз. Немец не смеётся вообще – ему нужно сказать, что это русский анекдот. Поэтому сама цель, когда ты начинаешь свою историю, чтобы это улетело по всему миру – она завиральная и глупая. Потому что если у тебя в кино получится некая общечеловеческая тема, звенящая, необходимая именно там тоже. Картина дойдёт, она возьмётся, найдёт своего зрителя. У меня был опыт копродукции с очень большой немецкой фирмой XFilm, снявшей такие фильмы, как «Беги, Лола, беги», «Облачный атлас», а ещё сериал «Берлин, Вавилон». Сериал снимал режиссёр Ахим фон Боррис, поставивший до этого драму «4 дня в мае», которая в Выборге получила в 2011 году Приз Жюри и Приз зрителей. Но это не должно являться целью в самом начале.

Трейлер фильма «Элефант»

Про совмещение продюсерской должности и актёрской работы

Я давно этим занимаюсь, с 92-го года. Я просто научился их разделять. Никаких забот, связанных с экономической составляющей, вокруг меня не возникает. Есть режиссёр, с которым мы вместе работаем, и мы с ним вместе идём. В последнее время я даже не отсматриваю материал. А вот пять лет назад я себе сказал, что на этом стоп: ни одну свою картину я не буду делать отдельно, буду делать обязательно с кем-то. Серёжа Сельянов, Сергей Мелькумов – с кем-то объединяюсь, потому что есть определённая засада. Засада есть, она остаётся. И вдруг уже когда материал отснят и фильм складывается, у тебя чуть уходит вот это отстранение. К финальной части ты должен подходить с холодным носом. Все конфликты внутри творческого состава внутри себя от того, что режиссёр любит эту сцену, он не может её выбросить. А она не сложилась по ряду обстоятельств. Неправильно была поставлена задача актёру, локация не та, атмосфера, ритм сцены никак ты не можешь поправить. Её нужно выбрасывать. Но мы же все любим то, что мы делаем. И это очень сложно. Поэтому я сейчас свои начинания определённым образом готовлю, а дальше несу своим коллегам, благо они появились. Просто сейчас у нас много профессиональных продюсеров – они умеют делать кино. Это доказано или кассой, или призами, международными в том числе, если это авторское кино.

Фрагмент фильма «Элефант»

Про творческое угасание

Вообще, я могу вам сказать, можно умереть и в 30 лет, и в 20 лет. Умирание – это выключение интереса. Это пропадание интереса – к дню, к женщине, к хорошей беседе, к еде, к чему угодно. К жизни. Потому что впадание в биполярное расстройство свойственно коллегам-актёрам. Что такое биполярное расстройство? Это когда человек находится в состоянии или эйфории, или депрессии. Оно возникает от очень простой вещи: человек перестаёт радоваться жизни. Утром встал. Как балетные говорят, где-то побаливает. Если не болит, значит, ты умер. Но день начался. Дальше он тебе подарит какие-то встречи, подарит что-то другое, но обязательно подарит. Нас советская идеология учила быть человеком с мечтой, вот я никогда таким не был. Если ты живёшь каким-то пятилетним планом, вряд ли жизнь будет доставлять тебе эту радость. Мы, действительно, те животные, которые обладают нравственными чувствами, и, как у Заболотского, по-моему, «Душа обязана трудиться»… Это факт: иначе человек, не будем обижать животных, но человек в скотину превращается. Он с собой ничего не делает, не работает и так далее. Вот эти бытовые радости – влюблённость, рождение ребёнка, переклейка обоев – когда они совершенно в никуда улетают, спадают долги и обязанности, то жизнь превращается в биполярное расстройство.

Интервью Алексея Гуськова

Кем проще быть: отцом или дедом?

Проще быть дедом. Потому что это враги моих врагов. Вообще тема поколений – одна из тех, что меня волнуют. И мне очень хочется сделать такую работу. Куда бы мы ни ехали, куда бы мы ни шли, я понимаю, что мы идём к своим детям, а дети идут от нас в противоположную сторону. Всё дальше и дальше. До какого-то момента они с нами, а потом они уходят, потому что они другие. Мы уже свою жизнь живём, тянемся к ним, а они другие. Вот сын ушёл, он приходит, всё в порядке. Но он другой: у него другой кругозор, другое понимание, всё другое. Вот эту историю мне бы хотелось как-то рассказать. Про максимализм юности, максимализм молодости и о такой определённой мудрости и прощении зрелости. Дедом, действительно, веселее быть, потому что ты же становишься существом-праздником. Ты приносишь подарки, тебя всегда ждут, тебе что-то рассказывают. Ты же не занимаешься скарлатиной, чем-то ещё и всем прочим. Этим всем занимаются твои дети.