Нина Цыркун («Искусство кино»):

При всей технологичности жанра screen life, “Поиск” не вызывает ощущения холодной рациональности, напротив – он пронизан эмоциональностью и транслирует её зрителю, как будто сидящему перед монитором с иллюзией управления экранными событиями. Менее всего, думается мне, это история об опасностях погружения в виртуальный мир; её проблематика – родительская любовь, слепая или близорукая, стара как мир и не меняется веками, приобретая лишь формально новые нюансы. Но один актуальный аспект выявляется здесь с очевидной силой – то, как меняется реакция знакомых Марго по мере того, что становится известно о её судьбе из информации, получаемой из СМИ или интернета. Это гораздо существеннее влияет на формирование наших человеческих представлений и отношений, чем личное общение, все более формальное и малоосмысленное. Компьютер становится мотором и энергетической “зарядкой” наших чувств, более одушевленным, чем те манекены, в которых мы, теряющие при отключении от него собственную энергетику, потихоньку превращаемся».

Егор Беликов (ТАСС):

Обидно, что вот так. Бекмамбетов в этом году выдал в том же формате крайне успешный “Профиль” по мотивам реальных событий. Он о журналистке, которая через Facebook по заданию редакции пыталась завербоваться в ИГ (организация запрещена в РФ) и чуть было не завербовалась. Впрочем, в контексте конкретно этого фильма на самом деле не о семейных ценностях, а об опасностях виртуального общения хочется вспомнить “Как я дружил в социальной сети”. Была такая виртуозно сфабрикованная и шокирующая (псевдо-) документалистика, где парень знакомился в интернете с очень симпатичной девушкой с семьей и прочей пасторалью, вдруг решил поехать к ней в другой штат, а выяснилось, что там (не будем рассказывать уж сразу все) не совсем так дела обстоят, как ожидалось. Оттуда же пошел в народ термин Catfish (это оригинальный вариант названия фильма), в переводе — "сом"; так описывают людей, заводящих фейковые аккаунты в соцсетях с чужими фотографиями, самозванцев, в общем. Пронзительно грустная и почему-то страшная эта вещь, при том что сегодня, наверное, уже стало понятно, что документалистика была постановочная: сейчас его режиссёры Генри Джуст и Ариэль Шульман снимают совершенно художественное кино, в том числе “Нерв” и “Вирус” (тоже, как Бекмамбетов, любят фильмы одним словом называть)».

Трейлер «Поиска»

Алиса Таёжная (The Village):

“Поиск” — продолжение серии скринлайф-проектов Тимура Бекмамбетова, сделавших отечественного продюсера медийным лицом мировой киноиндустрии. С его «Убрать из друзей» начался жанр десктоп-фильмов — историй, рассказанных через экран ноутбука. Только что “Профайл” о вербовке британской журналистки ИГИЛ получил отличную прессу и зрительскую поддержку на мировых фестивалях. Поэтому на “Поиск” работает новизна формата. Пока у зрителя еще не замылился глаз от историй, рассказанных через экраны сайтов и приложений, такое кино работает на убой: монтаж “Поиска”, игра актёров, сама оптика подобного кино работает на приближённость и зрительское узнавание — неслучайно чаще всего именно фильмам Бекмамбетова достаются призы зрительских симпатий. К тому же фильм отлично дополняет документалистика о виртуальной жизни — Catfish или Tickled».

Дмитрий Сосновский («Российская газета»):

Впрочем, потому "Поиск" и выпрыгивает порой за эти жёсткие рамки, что в них убедительному детективному триллеру слишком тесно. В отличие от сырых "Убрать из друзей" и "Днюхи!" (про "Взломать блогеров" вообще не будем), он обладает крепким сюжетом, и впечатление о нём портит отнюдь не формат, а разве что схематичная и предсказуемая концовка. А формат - ну, что формат… Это лишь более-менее оригинальный приём, чью ценность преувеличивать, определённо, не стоит. Однако в умелых руках он, очевидно, вполне способен стать действенным инструментом».

Трейлер «Поиска»

Дмитрий Кузьмин (Газета.Ру):

Во многом этому поспособствовал молодой режиссёр Аниш Чаганти, для которого лента стала полнометражным дебютом. Ранее Чаганти снимал ролики для Google и работал в самой компании, так что реалистично показать работу за компьютером и подметить все характерные мелочи не составило ему никакого труда. Однако иметь должную информированность в вопросе — это еще полдела. Необходимо правильно подать историю, и с этим Чаганти справился отлично. В первые десять минут постановщик смог предельно кратко отразить историю семьи Дэвида: свадьбу, рождение дочери, её первый поход в школу и смерть жены от рака. Причем Чаганти сделал это без лишнего надрыва и не старался специально давить слезу. А в результате получилась трогательная история, затрагивающая почти каждого зрителя. Говорить о технической составляющей и вовсе не приходится, так как автор идеально отразил ход времени, начав картину со звука соединения диалап-модема (забавно — уже не вся аудитория поймёт, что это за глитчевый писк), заставки Windows XP, самого первого интерфейса ютьюба и закончив хорошо всем известным фейстаймом».

Сергей Сергиенко (The Hollywood Reporter):

Одной из самых больших проблем фильма является несоответствие содержания и формы: да, он пытается использовать работу с интернетом и подачей информации в непривычном формате, но при этом практически не заходит на территорию цифрового мира. Те моменты, где это происходит, выглядят не так уж впечатляюще: экран ноутбука вполне можно заменить на обыкновенные съёмки, а экранчик скайпа – телефонными разговорами. Изменится не так уж много. У фильма вообще много недостатков: начиная от сюжетных линий, ведущих в никуда и обрывающихся на полуслове, и заканчивая общей недоработанностью. Сюжетные дыры, очевидные ходы, не самая интересная драматургия и в целом довольно слабый сюжет смотрелись бы еще менее интересно в виде стандартного фильма. Формат его немного вытягивает, как и местячковая злободневность, но назвать его каким-то прорывным и интересным попросту не поворачивается язык».