СТАНИСЛАВ ЗЕЛЬВЕНСКИЙ ДЛЯ «АФИШИ»


Фигуру Тарзана принято толковать как ультраконсервативную: мол, белый мужчина — он и в Африке царь зверей. Сценаристы «Легенды» с этими вводными ничего поделать не могли, но в остальном постарались быть максимально прогрессивными. Единственное зло здесь — европейский колониализм. А все африканское, соответственно, хорошее — даже враг Тарзана в леопардовой шапочке».

СЕРГЕЙ СЫЧЁВ ДЛЯ «ФИЛЬМ ПРО»


Основной же сюжет бьёт сразу по нескольким направлениям. Мужской аудитории предлагается экшн с драками, жестокими умерщвлениями и просто натуралистичными сценами вроде отстреленного ради шутки уха. Чёрный юмор и размышления о пагубных последствиях немотивированного насилия – это тоже для настоящих мужчин. Отдельный бонус – исторический план фильма, рассказывает о бельгийском короле Леопольде II, который решил в конце XIX века устроить в Конго военную диктатуру, для чего использовал труд рабов. О том, что американцы до этого сами с удовольствием покупали чернокожих из Конго для своих плантаций, в фильме умалчивается, зато народ банту, населяющий страну, в фильме показывается очень живописно: женщины всё время поют, а мужчины либо отважные воины, либо полиглоты и мудрецы».

денис рузаев для timeout



Да, «Тарзан. Легенда», оперирующий ордами CGI-обезьян и бравурным, эффектным экшеном, естественно, выдает желаемое за действительное, предъявляя несчастным африканцам идеального белого спасителя – но это сладкая, уместная, способствующая усвоению правды ложь. Как иначе протащить в мультиплексы фильм, в сущности, повествующий о подлинном колониальном геноциде?»

«Индустрия кино» про фильм «Тарзан. Легенда»

борис иванов для film.ru


Картина не погружается в политические дебри и преимущественно рассказывает о противостоянии Тарзана и Леона Рома, но все же напоминает о конголезском геноциде, который в конце XIX века унёс жизни миллионов африканцев. Она рисует на куда большем по размеру полотне, чем сравнительно камерный диснеевский мультфильм «Тарзан» 1999 года, и сталкивает заглавного героя то с обезьянами, то с африканцами, то с европейцами».

иван чувиляев для «фонтанки»


Первое, что бросается в глаза в новом «Тарзане» – число цитат. Нет, не из прошлых лент о лорде в джунглях. Йейтс подбирает исполнителей ключевых ролей — главного союзника героя и антагониста — именно по принципу узнаваемости образа, его укоренённости в массовом сознании. Вальц хотя и играет бельгийца, но явно и старательно копирует рисунки ролей своего земляка, немца Клауса Кински: Агирре, Фитцкаральдо. Психопат в джунглях, фигура в белом костюме на фоне дикой природы».

иван гиреев для издания «ваш досуг»


Автор поздних (и не худших) серий «Гарри Поттера», Дэвид Йейтс — скорее режиссёр-марафонец, чем спринтер, и в коротком по жанровым меркам 109-минутном «Тарзане» по обыкновению запрягает неспешно. Из приключенческой сказки картина оборачивается то мужской историей про антиподов-напарников, то вдруг актуальным политическим триллером (США распекает Брюссель за недальновидную политику в колониях)».

Трейлер фильма «Тарзан. Легенда»