Идея снять комедию «Кавказская пленница, или Другие приключения Шурика» пришла к режиссёру Леониду Гайдаю, когда он случайно увидел в газете историю о том, как на Кавказе влюблённый джигит выкрал девушку из родного дома. В закавказских республиках кражу невесты можно назвать многовековым обычаем. Сценарная заявка фильма под названием «Шурик в горах» была подана на «Мосфильм» 15 июня 1965 года: по первоначальному замыслу, картина должна была состоять из двух частей. В первой части, которую Гайдай и назвал «Кавказская пленница», рассказывалось о студентке Нине, похищенной влюблённым местным начальником Охоховым. Вторая же часть получила название «Снежный человек» и повествовала об экспедиции, которая отправляется на поиски йети в горы Кавказа. Однако редколлегию заинтересовала лишь одна из частей.

Кстати, Охохов стал Сааховым не с проста: в те же годы председателем Совмина Кабардино-Балкарской АССР служил Асланби Ахохов, так что фамилию потребовали в срочном порядке заменить.


Сценарий переделывался неоднократно как редколлегией и цензорами, так и самими сценаристами, ведь некоторые актёры (среди которых, между прочим, Юрий Никулин, Евгений Моргунов и Владимир Этуш) сочли свои образы слишком нелепыми, а сценарий – натянутым.

Владимир Этуш вспоминал:
Гайдай хотел, чтобы Саахов был гротескным, пародийным. Я понимал его… Но не мог с этим согласиться. В фильме играла знаменитая тройка -Никулин, Вицин, Моргунов. Всё пародийное, гротесковое, условное, конечно, по праву принадлежало им. Соревноваться с ними, пытаться «урвать своё» было бы с моей стороны, мягко говоря, неумно. Но главное – не нужно. Я должен был положить своего Саахова на другую чашу весов. Всю эксцентрику необходимо отдать тройке. А мне – серьёзность, иначе я как актёр просто погибну… Важен в этом смысле был наш спор с Гайдаем по поводу сцены, когда Саахова, неудачливого жениха, обливают водой. Гайдай предлагал в этом эпизоде максимум эксцентрики. Я же предложил серьёзность. Ведь мой Саахов серьёзен, он не понимает, как можно отвергать его ухаживания. Сцену отсняли, и единственной уступкой Гайдаю остался цветок за ухом, который, однако, лишь подчёркивал мою серьёзность, и это – я был счастлив убедиться – дало нужный комический эффект».

Главной проблемой во время подбора актёров стала роль Нины – на неё никак не получалось найти подходящую исполнительницу. Было сделано более полутысячи фотопроб, причём с самыми настоящими «звёздами» того времени, например, Марианной Вертинской и Ларисой Голубкиной.

Фотопробы к фильму


В Наталье Варлей Гайдая привлекла её юношеская непосредственность и невероятное обаяние. На момент съёмок 19-летняя актриса имела за плечами лишь один небольшой опыт работы в кино. У неё не было и театрального образования – Варлей работала эквилибристкой в цирке на Цветном бульваре.

Сама актриса рассказала в одном из интервью:
Я с собой на съёмки всё время возила 290 килограммов цирковой аппаратуры в надежде на то, что где-нибудь в перерыве от работы буду репетировать. Мне очень не хотелось расставаться с цирком даже на короткое время. Но не удалось».

Однако озвучить свою героиню у Варлей не получилось, так что Нина говорит голосом Надежды Румянцевой. Песню про медведей же исполняет Аида Ведищева.

Наталья Варлей в перерывах между съемками на Чёрном море


Предполагалось, что Наталья Варлей будет сниматься в трюках без дублёра, ведь у цирковой артистки была великолепная физическая подготовка. В основном, так оно и вышло: например, девушка исполнила сложнейший и невероятный вираж на тросе. А вот когда ей пришлось прыгать в воду со скалы, Гайдай решил пригласить дублёршу. Наняли девушку, которая назвалась мастером спорта по плаванию – но в воде она начала тонуть. Оказалось, что про спорт она придумала, а плавать вовсе не умела, но очень уж хотелось сняться в кино.


Троица «Трус, Балбес и Бывалый» родилась в короткометражке Гайдая «Пёс Барбос и необычный кросс». В итоге комичный ансамбль настолько полюбился зрителям, что режиссёр собрал его ещё трижды – в фильмах «Самогонщики», «Операция «Ы»» и «Кавказская пленница». Также Никулин, Вицин и Моргунов сыграли свои культовые роли в фильме Эльдара Рязанова «Дайте жалобную книгу».


Анимированная вступительная сцена фильма «Кавказская пленница» была отснята такая: к забору подходит Бывалый и рисует мелом на нём букву «Х», затем появляется Трус и приписывает букву «У». Их видит милиционер, однако возникает Балбес быстро дописывает: «… дожественный фильм». Эту сцену придумали Гайдай и Никулин, но советская цензура её не пропустила.



А к концу съёмок между режиссёром и Моргуновым случился конфликт, так что в последних сценах вместо актёра со спины снят дублёр.

Кстати, песня «Если б я был султан» звучит в фильме не полностью. Расширенная версия была показана в 1966 году на «Голубом огоньке».



Натурные съёмки в основном проходили с 1 июня по 31 августа 1966 года в Крыму – в Алуште, а также в окрестностях сёл Лучистое и Куйбышево. На многих кадрах можно видеть горы Демерджи, Чатыр-Даг и Ай-Петри. Психбольницу снимали в Симферополе. Говорят, что в массовых сценах снялось около полутысячи местных жителей, правда, фамилий крымчан в титрах нет.

А вот сцена у горной реки снималась уже близ Сочи – на реке Мзымта.



Многие смешные моменты актёры создавали сами. Дело в том, что Гайдай установил – каждый, кто придумает какую-нибудь шутку или трюк, который войдёт в фильм, получает по две бутылки шампанского. Говорят, что Никулин заработал целых 24 бутылки, Моргунов – 18, а Вицин – одну. На самом деле актёр шампанское не любил и от выигрыша отказался, зато именно он стал «автором» культовой сцены троицы на дороге и сцены с раскачивающимся в пятой точке у Моргунова гигантским шприцем.


«Кавказская пленница», кстати, изначально не должна была выходить в прокат – чиновникам СССР не нравился сюжет, музыка, образы (а песню «Если б я был султан» и вовсе объявили аморальной). Но фильм очень понравился Брежневу – так и решилась его судьба.


Немецкая афиша фильма