После фильма «Карнавальная ночь» Эльдар Рязанов, у которого это была далеко не первая работа, превратился в одного из самых «кассовых» советских режиссёров. Следующие три десятилетия каждая его картина становилась хитом, хотя сам Рязанов вспоминает об этом несколько иначе:

«Раньше мои фильмы хоть и ругали, но всё же смотрели. Смотрели плохо, потому что там никто никого не убивал и ни одного литра красной краски не было использовано, чтобы показать потоки крови. Я никогда не гнался за модой и не знаю, что это такое. Но при этом сам я то вхожу в моду, то выхожу из неё. Этот процесс от меня никогда не зависел, я шёл так, как я хотел идти».


С критикой у Рязанова всегда были трудные отношения. Советская критика комедию вообще не слишком жаловала, особенно когда, как в случае с Рязановым, она содержала в себе сатиру, публицистический пафос, лирическое начало и предельно лёгкую форму. Рязанов, впрочем, мог снять и драму, но критика всё равно не меняла своего отношения к режиссёру:

«Встречаю на каком-нибудь Берлинском фестивале тех критиков, которые «бомбили» меня когда-то, и они мне говорят: только что в гостинице смотрели «Жестокий романс». Какое счастье, что это не то г…, которое мы видим здесь. А они по мне когда-то ездили, как гусеница танка. Но мне это всегда было неинтересно».

Фильм «Карнавальная ночь»

В шестидесятые у Рязанова выходит сразу несколько фильмов, каждый из которых вписан золотыми буквами в кодекс золотого фонда советского кино. «Гусарская баллада», «Дайте жалобную книгу», «Берегись автомобиля», «Зигзаг удачи». Но уже тогда Рязанов задумал снимать фильм о Гансе Христиане Андерсене – и столкнулся с тем, что из-за темы антисемитизма сценарий никак не мог быть пропущен советской цензурой. Тема эта в сценарии занимает не такое большое место, но для Рязанова она была принципиальной, проект ему пришлось отложить на несколько десятилетий:

«Ксенофобия и шовинизм, могут называться как угодно. Либо человек лишен этого, либо он ищет врага, и ему могут подсунуть и грузин, и казахов, и кого угодно, потому что народ очень внушаем».

Фильм «Берегись автомобиля»

Вспоминают, что Рязанов для миллионов советских людей был как суперзвезда. Если у его близких возникали проблемы с советской бюрократией, они обращались к Эльдару Александровичу, он шёл в учреждение и решал эту проблему. При этом его негодование выплёскивалось уже потом, когда никто не видел. Хорошего настроения это ему не прибавляло:

«Порядочному человеку было плохо и когда был идеологический диктат, и теперь, когда диктат толстого кошелька. И то, и другое – противно».

Фильм «Зигзаг удачи»

Семидесятые – ещё больший успех. «Итальянцы», «Ирония судьбы», «Служебный роман», «Гараж» становятся не просто хитами. Это уже неотъемлемая часть народной культуры, фильмы разошлись на цитаты, их пересматривают, ими живут. В какой-то степени именно эти картины рассказывали советскому человеку о том, что такое быть современным советским человеком. Основа мировоззрения, непонятная иностранцам и очевидная жителям СССР. Говорят, американцы, когда смотрели «Иронию судьбы», искренне сочувствовали красивой женщине, которая зачем-то связалась с алкоголиком, путающим города и квартиры. Вместе с тем, Рязанов очень скептически относился и к русской культуре, и к «роевым» понятиям вроде патриотизма:

«Русские, если почитать фольклор, всегда хотели получить всё, сразу и много и при этом не работать. Русские сказки - это и есть, к сожалению, национальная идея. Менталитет, который, мягко сказать, симпатии не вызывает. Лучшие люди в России всегда существуют вопреки ему».

Фильм «Невероятные приключения итальянцев в России»

Потом, когда СССР перестал существовать, Рязанов выразился ещё более жёстко:

«Кроме русского языка, нас ничего больше не объединяет. Я сегодня живу не в стране, а на своей территории».

Фильм «Ирония судьбы, или С лёгким паром!». Первая серия

Рязанов уделял огромное внимание вопросу поколений. Он так или иначе затрагивал его в своих ранних фильмах, а потом до предельного накала столкнул их в «Елене Сергеевне». «Те, кто постоянно ругает наше поколение, кажется, забыли, кто его вырастил», - эти слова можно отнести не только к нему, но и к любому поколению вообще. Но ещё больше Рязанова всегда занимала социальная разница между людьми, которые, даже живя рядом, существуют в параллельных вселенных. Его позиция при этом не всегда просматривалась отчётливо, но со временем Рязанов избавился от ненужной комплиментарности:

«Я в своё время снимал фильмы, где действие происходило на помойке. Это были «Небеса обетованные». А сейчас всё на помойке, и люди, которые действуют там, тоже помоечные. Такие понятия, как честь, совесть, благородство вообще, искренность, нежность - это всё забыто. Потому что это какие-то ужасные питекантропы, на которых невозможно вообще смотреть, не хочется».

Фильм «Вокзал для двоих». Первая серия

«Немодность» во всём, желание следовать только внутренним ориентирам без оглядки на внешние факторы – Эльдар Рязанов сделал это своим жизненным кредо. Возможно, для художника такая установка только и гарантирует его цельность как личности, потому что нельзя творить и не быть независимым. Рязанов не боялся непопулярных высказываний на самые сакральные темы:

«Я не верю в Бога, потому что в то время верить в Него нельзя было. Я родился в 27-м году, когда сносили церкви, расстреливали богослужителей. Я никогда не верил, но всегда с уважением относился к верующим, ну, кроме тех, кто обманывает с помощью веры».

Фильм «Жестокий романс»

С другой стороны, к некоторым предметам Рязанов относился именно сакрально. Один из них – любовь. У него было три жены. От первой он ушёл сам. Со второй жил много лет до самой её смерти в середине 90-х и очень переживал её смерть. Но вскоре он встретил Эмму Абайдуллину, которая стала его третьей и последней женой, а также опорой во всём, что только можно себе представить. Живым щитом, который сам подставлял себя под все удары, предназначенные Рязанову. Сам Рязанов о личной жизни говорить не любил, но если его вынуждали, то не мог сдержать нежных слов в отношении своей супруги и чувств к ней:

«Многие из нас думают, что любили, но по большому счету прожили жизнь без любви. Принимали за любовь или увлечения, или какие-то чувственные привязанности. А любовь – особое чувство. С моей точки зрения, способность любить – это как талант, который либо дан человеку, либо нет… Можно сказать, что я живу только благодаря Эмме… «Мы с ней, как лошади, которые кладут головы одна на холку другой». И мне нечего к этому добавить. Она мне часто говорит: «Ты, главное, за меня держись». Вот я и держусь...»

Фильм «Дорогая Елена Сергеевна»

Свой последний и самый мрачный фильм Рязанов сделал об Андерсене, каким этого писателя никто не знает. Много лет Рязанов искал на него деньги, унижался перед банкирами и политиками, пока не собрал относительно небольшую сумму для такого масштабного проекта. Критика фильм опять не приняла. Прокату он был не нужен. Из всех фильмов Рязанова этот – один из самых «непрочитанных», ему ещё предстоит найти своего зрителя, но зато именно там мы видим Рязанова самым уязвимым и самым гневным, хотя вряд ли кто-то станет утверждать, что Андерсен похож на Рязанова. Но кто после этого фильма не подумает о том, что нечто общее всё же есть?

«Когда при жизни Андерсена ему принесли макет памятника, где он сидел, окружённый детьми, и читал им сказки, Андерсен сказал: «Какие дети! К чёрту детей! Выбросьте детей!» И их «выбросили», на могиле он сидел один и в одиночестве читал книгу. Я не следовал этому примеру, но с самого начала не планировал делать детскую картину. Я делал фильм о хорошем и плохом, интересном человеке, в котором намешано слишком много всего. Это не идеализация, а правдивый рассказ о человеке с чудовищным характером, самомнением, самолюбием, нежностью, доверчивостью, омерзительностью и гениальностью. Там огромное количество вымысла, но это всё – правда. Я очень хорошо чувствовал этого человека. Любить Андерсена, мне кажется, было трудно. Но у меня к нему особенное отношение. Он единственный писатель, к могиле которого я возложил букет. Это было в 1962 году. Хотя я тогда совсем не собирался делать о нём фильм. Для меня он самый важный за последнее десятилетие. Потому что это исповедь, а поскольку каждая картина в той или иной степени исповедь, то это - «наиболее исповедь». И при этом в творческом отношении он дался мне легко, потому что я всегда знал, что хочу показать и как это можно сделать».

Кадр из фильма «Андерсен. Жизнь без любви»


Рязанов, действительно, всегда знал, как и что нужно показать. За последние девять лет своей жизни ему не удалось снять ни одного фильма. Они с Эммой жили бедно и гордо, переживая уход старых друзей, но приветствуя и новых в своём маленьком кинотеатрике «Эльдар» на окраине Москвы. Кинотеатрик тоже гордый, там часто показывают фильмы, которые больше не решается показывать никто, и это детище Рязанова – такое же, как его фильмы. Умные, грустные, смешные, временами злые, но всегда – мудрые какой-то особенной мудростью. Хотя можно назвать это и просто индивидуальностью, потому что Рязанов громкие слова не слишком жаловал.