«ТАМ, ГДЕ БРОДИТ БИЗОН» (1980)


Мало кто помнит первую экранизацию Хантера Томпсона с Биллом Мюрреем. Между тем, она основана на том же «Страхе и ненависти в Лас-Вегасе», что и следующая киноадаптация. Режиссёру Арту Линсону не хватило смелости и фантазии: уникальное повествование Томпсона в фильме переводится на излишне стройный, правильный язык. Из-за этого галлюциногенные погружения выглядят скорее набором анекдотов. «Там, где бродит бизон» - попытка аккуратной экранизации Томпсона, пренебрегающая тем, что аккуратность чужда материалу.

Трейлер фильма «Там, где бродит бизон»

«СТРАХ И НЕНАВИСТЬ В ЛАС-ВЕГАСЕ» (1998)


Несравненная экранизация Томпсона от Терри Гиллиама - с Джонни Деппом и Бенисио дель Торо, смелости и фантазии у которой как раз через край. Депп познакомился с Томпсоном перед съёмками и выучил его повадки, чтобы затем на два часа погрузиться в фильм, который решительно невозможно пересказать, так как герои постоянно находятся в наркотическом дурмане разной степени тяжести. Фильм разошёлся на цитаты, но при всём сумасшествии его нельзя назвать беззаботным или даже весёлым: стать «пожизненным калекой», как писал Томпсон, - самая вероятная перспектива при таком развитии событий, и фильм без лишних поучений это подтверждает.

Трейлер «Страха и ненависти в Лас-Вегасе»

«РОМОВЫЙ ДНЕВНИК» (2011)


«Ромовый дневник» во многом - противоположность фильму Терри Гиллиама, и ключевую роль в этой трансформации сыграл Джонни Депп. Десять лет Депп работал над тем, чтобы адаптация «Ромового дневника» о приключениях журналиста в Пуэрто-Рико увидела свет, - и явно не для того, чтобы копировать себя же в «Страхе и ненависти в Лас-Вегасе». В «Ромовом дневнике» Хантер Томпсон в исполнении Деппа не то чтобы всегда трезв и адекватен, но никакого наркотического помутнения нет и близко. Более того, к финалу он даже почти становится «правильным» журналистом, борющимся за справедливость. Такой Томпсон, как оказалось, зрителям не нужен - и психоделическое путешествие от Гиллиама остаётся непревзойдённым.

«Индустрия кино» про «Ромовый дневник»